Книга Тени прошлого, страница 17 – Джорджетт Хейер

Герцог стоял в холле, разговаривая с Хью Давенантом. Он крутил за кисточки пару мягких перчаток и держал под мышкой треуголку. Леон опустился на одно колено.

Герцог окинул его безразличным взглядом.

— Что тебе?

— Вы меня звали, монсеньор?

— Разве? Да, верно. Я уезжаю. Ты со мной поедешь, Хью?

— Куда? – спросил Давенант. Он стоял, наклонившись к камину, и грел руки у огня.

— Я думал, что неплохо бы съездить в Ла-Фурнуаз.

Хью скривился.

— Я люблю актрис на сцене, а не в гостиной. В Ла-Фурнуаз их слишком много.

— И то правда. Ступай, Леон. Возьми мои перчатки. – Он бросил пажу перчатки и шляпу. – Может, сыграем в пикет, Хью? – Герцог зевнул и направился в салон.

Слегка пожав плечами, Хью последовал за ним.

Вечером на балу графини де Маргери герцог оставил Леона ждать его в холле. Леон нашел стул в углу и с удовольствием наблюдал за приездом гостей. Поскольку герцог имел обыкновение приезжать попозже, Леон не очень надеялся увидеть интересных людей. Так что он вытащил из своего глубокого кармана книжку и стал читать.

Какое-то время до его ушей доходила болтовня лакеев, собравшихся у основания лестницы. И вдруг они разом замолчали и приняли почтительные позы. Один распахнул дверь, а другой приготовился забрать у опоздавшего гостя шляпу и плащ.

Леон поднял глаза от книги и увидел графа де Сен-Вира. Он уже узнавал многих известных людей в городе. Но даже если бы это было не так, Сен-Вира невозможно было с кем-нибудь спутать. В эпоху, когда у светских людей было принято придавать преувеличенное внимание нарядам, граф был известен безразличием к моде и небрежной манерой одеваться. Он был высокого роста, с длинными ногами и руками, тяжелыми чертами лица и орлиным носом. Его рот обычно недовольно кривился, а в темных зрачках глаз таилась готовность прийти в ярость. Как всегда, его седеющие волосы были припудрены, и сквозь слой пудры просвечивали рыжие отблески. На его пальцах и одежде сверкали драгоценные камни, которые он, казалось, надевал безотносительно к цвету камзола.

Он отдал лакеям длинный плащ, и критический взгляд Леона отметил, что на графе был пурпурный камзол с розовым шитым золотом жилетом и лиловыми панталонами. На ногах – белые чулки и туфли на высоких красных каблуках с большими украшенными драгоценностями пряжками. Граф встряхнул гофрированные манжеты и одной рукой поправил сбившийся на сторону кружевной воротник. При этом он окинул холл быстрым взглядом и увидел Леона. Он нахмурился, нетерпеливо дернул воротник и медленно пошел к лестнице. Положив руку на перила, он остановился и, повернув голову, дал Леону знак приблизиться.

Паж встал и подошел к нему.

— Что прикажете, сударь?

Длинные пальцы графа барабанили по перилам. Сен-Вир мрачно оглядел пажа, помолчал.

— Твой хозяин здесь? – наконец спросил он, и сама нелепость этого вопроса говорила о том, что это был просто предлог подозвать Леона.

— Да, сударь.

Граф еще помедлил, постукивая носком туфли по полированному паркету.

— Он берет тебя повсюду?

— Когда у него появляется такое желание, сударь.

— Откуда ты? – Увидев недоумение на лице Леона, он быстро поправился: – Где ты родился?

Леон прикрыл глаза ресницами.

— В деревне, сударь.

Граф сдвинул брови.

— В какой деревне?

— Я не знаю, сударь.