Книга Все, что мы не завершили, страница 59 – Ребекка Яррос

Он обхватил ее бедра и медленно оторвался от губ Скарлетт и прижался лбом к ее лбу.

— Джеймсон, — прошептала она.

— Когда падали бомбы, я не знал, как тебя защитить. — Он еще крепче стиснул ее бедра.

— Это не в твоей власти, — тихо проговорила Скарлетт. — Не в нашей власти сохранить жизнь другому, как бы нам этого ни хотелось. — Ее пальцы ласкали его шею.

— Я знаю, и это меня убивает.

У нее вдруг заныл живот.

— Я не выйду за него замуж. Мне нужно, чтобы ты это знал. Я всю ночь наблюдала за волнами налетов, и при одной только мысли, что я тебя потеряю, что ты там, наверху, думаешь обо мне бог знает что… — Скарлетт покачала головой. — Я не выйду за него замуж.

— Я знаю. — Джеймсон снова поцеловал ее в губы, легко и нежно. — Я должен был выслушать тебя сразу. Но я был в таком шоке, что у меня в голове помутилось.

— Это еще не конец, — предупредила она. — Если родители зашли так далеко, они пойдут дальше. Будет еще больше слухов, еще больше газетных статей, еще больше давления. Но если ты знаешь правду, я смогу с ними справиться.

Джеймсон кивнул, как-то нервно сглотнул, и у него на лице промелькнуло страдальческое выражение. Он посмотрел Скарлетт в глаза, и от его пристального, напряженного взгляда у нее перехватило дыхание.

— Я люблю тебя, Скарлетт Райт. Я честно пытался сдерживать свои порывы и не торопить события. Я хотел дать тебе время. Но война не оставляет нам времени, и после вчерашней ночи я больше не буду скрывать свои чувства. Я тебя люблю.

В ее груди разлилась сладкая боль.

— Я тоже тебя люблю.

Какой смысл избегать правды, если они оба не знают, доживут ли до завтра?

Улыбка, озарившая лицо Джеймсона, отразилась и на ее лице тоже, и впервые за целую вечность Скарлетт отдалась счастью, что заполнило каждую клеточку ее тела. Но что им делать теперь, когда они признались друг другу в любви? Как все сложится дальше?

— Я слышала, у американцев будет своя эскадрилья, — прошептала она.

Новая эскадрилья означала перевод на новое место службы.

— Я тоже слышал. — У Джеймсона слегка дернулась щека.

— И что мы будем делать? — Ее голос дрогнул.

— Мы преодолеем любые преграды, и ничто нас не разлучит. Твои родители, война, все Королевские военно-воздушные силы Великобритании, — сказал он с улыбкой. — Вместе мы справимся. Ты моя, Скарлетт Райт, а я — твой, и с этой секунды у нас не будет друг от друга секретов.

Она кивнула, потянулась к нему и сама его поцеловала.

— Хорошо. А теперь отвези меня домой, пока мы не натворили чего-то такого, за что нас обоих отправят под трибунал.

Джеймсон опять улыбнулся.

— Да, мэм.

Скарлетт знала, что нельзя загадывать наперед, — сами их жизни висели на волоске, и от судьбы не спасет даже это новое, яростное чувство, бурлящее у нее в груди, — но сейчас, в эти минуты они в безопасности, они вместе и любят друг друга.

Джорджия

Джеймсон, мой родной,

Вот мы снова пишем друг другу письма. Я бы все отдала, чтобы дотянуться до тебя через бумагу, преодолеть долгие километры, что пролегли между нами, обнять тебя и почувствовать биение твоего сердца. Сколько еще раз нас должна разлучить эта проклятая война, прежде чем нам будет позволено просто быть рядом друг с другом?! Знаю, нам повезло прослужить вместе гораздо дольше, чем многим другим, но я очень жадная, когда речь идет о тебе, и мне ничто не заменит твоих объятий. Но не волнуйся, здесь меня обнимает только младший мистер Стантон, и только он не дает мне сойти с ума в разлуке с тобой…