Книга Отдай свою страну, страница 22 – Ирина Дегтярева

— Звонили, угрожали, что не будут принимать очередную партию руды. Взятку вымогают, уж поверьте, но тут дело принципа. Я знаю, что у вас в порту есть знакомый в руководстве, кто мог бы посодействовать.

— Вас с ним свести? Вы поедете лично и вам нужна охрана?

— Нет, – поспешно открестился от перспективы выезжать из своей уютной норки Гивар. – Думаю, вы прекрасно справитесь сами. Переговорите, намекните, что мы не против отблагодарить, но пусть не рассчитывают на многое. Всему есть предел, уж поверьте. Меру знать надо. А сейчас съездим в консульство. Я переоденусь, если позволите.

Санчес торопливо встал. Прошел через кухню в гараж. Тут сидел шофер в расстегнутой до живота белой рубашке с закатанными до локтя рукавами. Он качался на задних ножках металлического стула и ритмично стучал спинкой стула о стену.

— Здорово, Санчес! – обрадовался он. – В нашем курятнике только тебя не хватало. А раз ты здесь, шеф собирается делать вылазку в город? – Он перестал крошить известку со стены спинкой стула и достал из кармана темно-синий галстук.

— Какой ты догадливый, Понс, – проворчал Марио, обходя машину и попутно пиная колеса.

— Перестраховщик ты, Санчес, – пробормотал Понс. – Ты еще мотор перебери, прежде чем ехать.

— Когда шеф последний раз выезжал на ней? – Марио в самом деле поднял крышку капота и заглянул внутрь.

— Ты же с ним и ездил, дней пять назад, – Понс вытер руки тряпкой и начал облачаться в пиджак.

— Потом машину из гаража выводили?

— Нет! – рявкнул обозленный водитель.

— А заправлять? Мыть? Apendejado^[17].

— О господи! Ну заправлял, и что? Опять сейчас с фонариком под днище полезет.

Санчес действительно достал из кармана маленький фонарик и полез под днище машины.

Только после тщательной проверки он разрешил Гивару сесть в машину. Тонированные стекла не позволяли увидеть, кто в ней сидит.

Из своей тойоты Марио взял автомат Калашникова и положил его себе под ноги – он сел рядом с Понсом. Пистолет достал из кобуры и держал наготове. В отличие от Понса, который бубнил, что им для полного счастья еще пары гранат не хватает, Санчес не испытывал иллюзий по поводу безопасности шефа.

Гивар – очень ценный фрукт и дорогостоящий. Взять его в плен и требовать выкуп – соблазн велик. Покалечат наверняка, а, скорее всего, получив деньги, убьют. Не то чтобы Марио было жалко шефа, но он знал его двадцатидвухлетнюю дочку Адриану и не хотел сделать ее сиротой…

Когда въехали на территорию консульства, Санчес вышел из машины, махнул рукой знакомому чернокожему охраннику. Тот, оглянувшись на деревянную будку, где прятался от солнца начальник караула, сделал несколько шагов в сторону. Местные охраняли внешний периметр консульства. Колумбиец сам приблизился, приветливо улыбнулся:

— Привет, Нгие. Тяжела она, государева служба?

— Все шутишь, Марио. Ты, гляжу, тоже при исполнении? А мать вчера сказала, что ты заболел. Говорила, глаза запали, лихорадит старого черта. Это она так тебя характеризует.

— Джиневра строга! Того и гляди шваброй по загривку огреет. Она на меня подозрительно косится, ты не проболтался, что мы, мягко говоря, знакомы? И смерть твоего брата, в общем, на моей совести.

— Брось, Марио! Гидроэлектростанцию эта бестолочь Мбаза по своей инициативе поперся захватывать. Извини, он ведь твой пасынок, – Нгие ослепительно улыбнулся. По его черному лицу струился пот, кожа блестела, как намазанная нефтью.