Книга Шурале, страница 12 – Даша Бунтина

Вика мотнула головой и встала рядом с Гореловым, озвучив то, что крутилось в голове:

— Начнем с того, кто это?

— Нет, – отрезал Горелов.

Наконец-то и Лена подошла ближе. Никто не имел права прикасаться к трупу, пока не приехала группа и не вызвала СК официально. Но она была наготове и уже осматривала все, что могло укрыться от глаз.

— Судя по личинкам, тело здесь максимум сутки… – Вика заглянула в рот мужчине, увидела там белых личинок, затем проверила уши, места рваных ран и уверенно подтвердила свою догадку. – Стадии куколки не наблюдаю.

— Ерсанаев, подтверждаешь? – Горелов почти выплюнул фамилию Ника.

— Д-да, – неуверенно произнес он.

— Соберись ты уже, в конце концов! – рявкнул на него Горелов. – Ты что скажешь?

Никита нехотя подошел ближе, присел на корточки и тоже осмотрел туфли, которые прежде изучала Вика.

— Двое суток в прохладное время – это да, – сказал он, – но тут сутки. Еще дождь вчера был, он мог ускорить процесс разложения.

— А что, если его убили в другом месте и лишь потом сюда перенесли? – заметила Вика.

— Перенесли? Я больше никаких травм не вижу, кроме того, что он, ну, задушил себя в итоге, что ли.

— Лен?

Елена стояла позади и все еще не двигалась. Сергей Александрович сказал громче:

— Лена?

— Сереж, это же, это… – Лена запнулась.

— Да, – отрезал он. – Лена, включись, пожалуйста.

Из леса донеслись голоса и разговоры.

— У нас три минуты! – Горелов выматерился и еще раз медленно осмотрел тело, остановив свой взгляд на лице покойника.

— Я точно не могу сказать, слишком грязно, но других ран я пока тоже не вижу, хотя если был дождь, то он просто мог смыть излишнюю грязь, – дрожащим голосом произнесла Лена. – Сереж, извини, я пойду встречу всех. – Она словно отряхнулась и провела ладонью по лбу.

И на минуту Вике показалось, что она заметила слезы на лице Елены. И это была та самая Елена – бойкая, хамоватая, которая могла запугать кого угодно. Сейчас же она еле говорила и даже не смела подойти к трупу. Вика еще раз осмотрела тело, повторив за Сергеем Александровичем. Наконец она остановилась на уровне рта.

— Теоретически, судя по обмотке, он мог и сам себя примотать, – все еще неуверенным голосом заметил Никита.

— Как это ни странно, действительно мог, но не стал бы, – сказал Сергей Александрович. – Это похоже на пытку. Его кто-то обмотал или заставил обмотать себя, а сам, вероятно, наблюдал… – Договорить Горелов не решился.

— Долго наблюдал, видимо. Может, даже несколько часов, если учесть количество крови под трупом, – добавил Никита и отшатнулся.

— Это что, отсылка к Иисусу? – вырвалось у Вики. – Он за чьи-то грехи страдает.

Вике стало стыдно за произнесенные слова. Краем глаза она заметила, что Сергей Александрович вскинул руку и, словно забыв, что хотел сделать, провел по капюшону, хотя явно хотел пригладить волосы. Он так всегда делал, когда сомневался.

— Допустим, – выдавил он. – Если сам, то как можно это определить?

Никита дернул плечом, и Вике показалось, что она слышит, как он тяжело дышит и заглатывает воздух через рот.

— Руки, у него должны быть все руки в порезах, – произнес Никита. – Но, судя по тому, что он вцепился в проволоку и пытался ее снять в последний момент, это невозможно установить на месте.

— А петля? – спросила Вика. – Не мог же он и петлю сделать, да еще и закинуть ее так высоко. Ростом маловат, должен был быть кто-то выше ста восьмидесяти.