Книга Река – костяные берега, страница 68 – Полина Луговцова

Борис вдруг занервничал, заподозрив, что Звонарю не понравится, если он расскажет ему, как вытащил бабку из болота. Ее ведь тут все ведьмой считают! И кто-то ее утопил, думая, что доброе дело сделал. Конечно, может, это и не Звонарь. Скорее всего, Колькин отец: раз уже пытался задушить, значит, и утопить мог запросто, но… Ведь они все заодно тут, наверное. Никто не обрадуется, узнав, что Борис Двузубову к жизни вернул!

Взгляд Звонаря, казалось, пронизывал насквозь, и Борис никак не мог придумать что-нибудь достаточно безобидное и правдоподобное, поэтому решил пойти на хитрость: широко зевнул, потер глаза и сказал:

— Что-то спать хочется, и голова разболелась.

— Ладно. – Звонарь кивнул и поднялся со стула. – Располагайся в комнате на диване, а нам с Колей еще кое-что обсудить надо. Пойдем, провожу.

— Спасибо! – поспешно вставая, Борис думал о том, что утром вернется в свою реальность, а Звонарь так и останется в его сне.

Как только за хозяином закрылась дверь, он направился к старому массивному дивану у окна, не прикрытого занавесками. Бледная луна сквозь стекло разливала по голым половицам серебристый свет. Диван встретил Бориса протестующим воем пружин, как будто понял, что это не хозяин, и в недрах его еще долго что-то сердито щелкало. Борис немного поворочался, стараясь найти как можно более удобное положение среди выпирающих под обивкой выпуклостей, но, быстро сообразив, что дело это безнадежное, решил засыпать, как есть.

Сон почему-то все не шел. Мешал белый свет необычайно яркой луны, отчего создавалось ощущение, как будто на него кто-то смотрит. Борис открыл глаза, собираясь поискать, чем бы прикрыть окно, и чуть не заорал с перепугу: прямо за стеклом белело чье-то лицо. Он мгновенно подскочил и тут же замер, узнав Нюру, внучку бабы Дуси. Та, явно не ожидавшая разоблачения, испуганно таращилась на него. Внешность девушки, как и у ее бабки, совершенно изменилась, только в лучшую сторону: Нюра превратилась в настоящую красавицу. «Ты не смотри, что она страшненькая такая. Просто время ее еще не пришло. Вот увидишь, скоро глаз от Нюрки будет не отвести. Пожале-е-ешь!» – Голос коварной ведьмы прозвучал в голове, будто наяву. Борис поймал себя на мысли, что любуется красотой Двузубовой-младшей, вместо того чтобы открыть окно и выяснить, зачем она сюда явилась. Опомнившись, он загремел ржавыми шпингалетами, и как только рамы распахнулись, Нюра уцепилась руками за подоконник, неожиданно ловко перемахнула через него и уселась на край дивана.

— Привет! – выдавил он внезапно охрипшим голосом, пытаясь понять, что именно изменилось в ее лице, которое показалось в прошлый раз таким безобразным. Теперь он смотрел на Нюру с восхищением. «Ведь вот, вроде бы, все то же самое! Мелкие черты, острый длинный нос… Но нет, немного короче, кажется. С таким носом на цаплю она уже не похожа. А глаза такие же выпуклые, но стали гораздо выразительнее. Что там Колька про русалочий взгляд говорил?»

— Пойдем со мной! – Слова слетели с губ Нюры с беззвучностью опавших лепестков, но Борис понял и встревожился от того, что ему сразу захотелось подчиниться и пойти, не спрашивая, куда. Усилием воли он вернул на место пытавшийся подло сбежать разум и все-таки уточнил, куда она его зовет.