Книга Река – костяные берега, страница 66 – Полина Луговцова

— Еще бы! – Колька оживился. – Но туда страшно сунуться, там артельные караулят, и кто знает, что у них на уме!

— А кого-нибудь из корабельной команды в селе не встречал? Незнакомых людей в речной форме?

— Не, ни одного! – Мальчишка красноречиво помотал головой. – Я думал, ты из них. Разве нет?

— Нет, я на лодке приплыл ранним утром. А корабль давно появился?

— Тоже утром, с рассветом. Я слышал, что артельные о чем-то говорили с ними. Наверное, все матросы к Двузубовой в терем ушли, и, скорее всего, она их уже в свою артель завербовала.

— Зачем им вступать в ее артель? – возразил Борис. – На их месте я бы попытался снять буксир с мели и вернуться в порт вместе с баржей.

— Да я же говорю, что нельзя уплыть отсюда! – теряя терпение, воскликнул Колька.

— По-твоему, уплыть нельзя, а приплыть можно? – насмешливо спросил Борис, чувствуя внутри неприятный холодок. Слишком много странностей встретилось ему сегодня, и он почти не сомневался в правдивости слов местного парнишки, но виду подавать не хотел.

— Приплыть можно, – согласился тот, не заметив иронии. – Ясное дело, что река заколдованная. И рыба в ней такая же: ловится только у того, кто нечистой силе служит.

— Откуда ты знаешь? Вдруг неправда все про нечистую силу?

— Может, и неправда, а только проверять неохота. – Колька оглянулся и бросил тоскливый взгляд на очертания домов, смутно выступающих на фоне потемневшего неба. – Мне пора идти. Хочешь, пойдем со мной к Звонарю? Он вообще-то чужих не любит, но добрый – не выгонит.

— Да нет, спасибо. Мне в терем вернуться надо, – отказался, было, Борис и вдруг понял, что встречаться с Двузубовой ему совсем не хочется, особенно после того, что рассказал ему местный парнишка.

— Послушай меня, лучше не ходи в терем! – поспешно воскликнул Колька, хватая его за плечо. – Я вижу, что ты пока что нормальный, но это тебе просто повезло. Вернешься – она тебя околдует, и все. Считай, пропал!

— Наверное, ты прав, – Борис подумал, что вряд ли так уж важно, где провести ночь, чтобы вернуться из сна в реальность, а терем с этими его жуткими рыбными запахами, зубастой хозяйкой и подглядывающей в двери внучкой казался сейчас самым худшим из прочих вариантов: ведь можно, и правда, пойти с Колькой к доброму, по его словам, Звонарю или же просто уснуть здесь, на берегу, устроившись хоть бы и на этом бревне, на котором они сидели. Не очень удобно, зато напрашиваться к чужим людям не придется.

Откуда-то из-за ивовых зарослей, наполовину скрытых в воде, донесся всплеск, и затем – шорох потревоженной листвы. Последний вариант ночлега мгновенно утратил свою привлекательность.

— Надо уходить скорее! – Колька испуганно дернул Бориса за руку. – Слышишь? Русалка это! Если увидишь ее, ни за что не уйдешь: заманит!

— Куда? – машинально спросил Борис, послушно вставая.

— В реку, чтобы утопить, куда ж еще! – Колька, понизив голос, шипел, как испуганный кот. Борис спешил за ним, увязая в сырой глине. Чем быстрее они шли, тем страшнее ему становилось: казалось, что за спиной слышны еще чьи-то шаги.

— Не вздумай смотреть назад! – От внезапно прозвучавшего в темноте Колькиного предупреждения Бориса охватил озноб, и он едва сдержался, чтобы не оглянуться.

Шаги отчетливо раздавались за спиной до самого Колькиного дома и стихли только тогда, когда Колька и Борис остановились посреди улицы.