Книга Резервная столица, страница 52 – Виктор Точинов

— А что булки на деревьях растут, такого не думал? Не, табак это табак, махорка это махорка. Разные растения. Махорку можно куда севернее растить, где табак нужной кондиции не наберет.

Вернулся старшина с двумя МПЛ, протянул одну лопатку Якову.

— Держи. У морпехов выменял. И даже курева осталось немного.

— Зачем? Лишняя тяжесть… Лучше бы на сахар или шоколад поменял.

— Не скажи, лопатка вещь такая, что без нее на войне никак.

И Гонтарь с выражением продекламировал:

Яков МПЛ взял, но остался при своем мнении: шоколад пригодился бы больше.

* * *

Майор Петренко, снаряжая курсантов словно в бой (чем заниматься был совершенно не обязан), действительно знал больше, чем говорил.

Он знал, что накануне немцы начали операцию по прорыву оборонительного рубежа, упиравшегося флангами в Балтику и Чудское озеро, и перекрывавшего группе армий "Север" путь в Северную Эстонию. В случае успеха прорыва оставался без сухопутного прикрытия Таллин, главная база КБФ (Краснознаменного Балтийского флота). Учебный батальон морпехов вывозили с острова не просто так — командование флота спешно стягивало к Таллину все доступные резервы. И майор не хотел, чтобы курсанты угодили в намечавшуюся мясорубку без оружия и снаряжения.

* * *

Наконец-то у них появилось, даже в избытке, личное время.

Гонтарь предложил еще раз сходить в прожекторную роту, к слепому Михалычу. Яков согласился, а сам призадумался: зачем приятель таскает его к своему "земеле"? До сих пор в разговорах со слепцом Яков никак не участвовал.

И пришла в голову мыслишка, что Гонтарь страхуется, стелет соломку на тот случай, если кто-то увидит его входящим в дверь, бывать за которой посторонним категорически запрещено. Одно дело, когда ты наедине общаешься с носителем тайн и секретов, и совсем другое, когда разговор со слухачом происходит при свидетелях или хотя бы одном свидетеле. По шапке все равно прилетит, но все же не так сильно.

Михалыч находился в своей комнате, он вообще редко оттуда выходил. И вновь получил небольшой презент — две пачечки махорки, уцелевшие после обмена с морпехами. Сегодня слепой оказался более разговорчив и кое-что им рассказал. Без секретных подробностей, но общее положение дел объяснил.

— Летают, гады, каждую ночь летают, и помногу. Туда, к Таллину, из Финляндии летят. Потом обратно.

— А наши? — с надеждой спросил Яков.

— Пролетело как-то раз звено "чаек". И всё.

— Почему же тревогу не играют, если каждую ночь летят? — спросил Гонтарь.

— Они наш остров по широкой дуге теперь обходят, стерегутся. Хорошо вы им хвост прищемили.

— Почему "вы", Михалыч? — удивился Гонтарь. — Мы! Твои уши, считай, наши глаза!

— Скоро спишут мои уши в отставку. Слышал, что машину такую изобрели, будет радиоволнами самолеты обнаруживать, хоть в темноте, хоть в дождь, хоть в туман. И мы станем не нужны, и прожектора с прожектористами тоже.

Гонтарь и Яков переглянулись. Им на военной кафедре рассказывали о системах Radio detection and Ranging у вероятного противника (таковым в тот год считалась Британия), но информация была закрытая, секретная, поэтому Гонтарь тему развивать не стал, сказав:

— Повоюешь еще, Михалыч. Без тебя пока никак.

— А вас, я слышал, под Таллин отправляют.