Онлайн книга «Зверь внутри»
|
Анни Столь кивнула. — Ну и, естественно, все эти слухи об убийстве поспособствовали. Но интересно, что учащиеся по-разному выражают свой протест. Где-то они подсчитывают, сколько детей ежедневно подвергаются насилию, к чему, собственно, и призывают авторы Обращения. Где-то они публикуют свои собственные истории, где признаются, что сами подвергались насилию, а где-то просто обсуждают связанные с педофилией проблемы. И каналы коммуникации они используют разные: блоги, плакаты, доски объявлений в местных супермаркетах, you name it[20], листовки, хепенинги, events[21] и так далее. Весьма изобретательные ребята. — Но ведь должна же у них быть какая-то цель, черт побери! — Наверное есть у них цель, но какая-то расплывчатая, туманная. Можно сказать, что они хотят привлечь внимание общества к проблемам педофилии, заставить его жестче относиться к педофилам, нечто в этом роде. Но это мое мнение. Есть и другие точки зрения. — Мы все против педофилии, ничего нового в этом нет, так что если смысл в этом, то, черт возьми, речь идет о дешевой победе! Анита Дальгрен перелистала свои заметки. Если ее попросят написать статью, набросок у нее уже есть. Она прочитала вслух: — «Многие юные школьники полагают, что в данном случае они делают одно общее дело. В мир, где им все уши прожужжали насчет жестких требований, которые глобализация предъявляет к конкурентоспособному интеллекту и где дьявол беспощадно выкорчевывает посредственность, доступное для понимания Обращение против педофилов, к которому могут присоединиться все, — это подарок от высоких властей, куда более могущественных, нежели Министерство образования. Оппозиция к миру взрослых, которые, по их мнению, ничего не делают в отношении сексуального надругательства над детьми, очевидна и катализирует чувство общности, ощущение того, что они стоят плечом к плечу с одними и теми же благородными намерениями, пусть даже их цель расплывается в тумане». Анни Столь задумчиво кивнула. Потом сказала: — Юные гимназисты — это плеоназм. Замени катализирует на обостряети вычеркни благородные, а также последнее придаточное предложение. Да, и знаки препинания проверь, грамотейка! По-моему, у тебя еще и несколько персональных историй есть. — Ясное дело. В том числе о двух сестрах из Вирумской гимназии. Хотите послушать? — Да. Слушая рассказ практикантки, Анни Столь принялась проверять почту. Вообще-то Анита Дальгрен не потерпела бы такого высокомерного к себе отношения, но она знала, что начальница относится к тем редким людям, которые в состоянии заниматься несколькими делами одновременно. Сама она, увы, таким качеством не обладала. Поэтому продолжала рассказывать, подглядывая в записи. В какой-то момент, случайно подняв глаза на Столь, Анита поняла, что та вообще не слушает: ее вниманием полностью завладел компьютер. — Неужели настолько неинтересно? Анни Столь вскользь посмотрела на Аниту и честно ответила: — Я тебя уже не слушаю. Наушники есть? — Наушники? — Именно. Не будешь ли ты так любезна одолжить их? Анита Дальгрен едва не зарычала от злости. Да что там такое? А начальница прошипела в пространство: — Да заткнитесь вы все! Анита Дальгрен попыталась заглянуть в монитор, но Анни Столь резким движением развернула его и придвинула к себе. |