Книга Зверь внутри, страница 165 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— Как я уже говорил, бывает, что и неряшливо проведенное расследование позволяет довести дело до предъявления обвинения и решения суда, а в другой раз такого не случается, даже если следствие проведено блестяще. Приходится с этим мириться и вообще стараться поскорее забыть, что профессия наша бывает порой несправедливой. Да, сейчас будет готов свежий кофе!

Анни Столь с благодарностью кивнула.

— Замечательно. Мне, правда, надо с этим напитком поосторожней, я чашек двадцать за день в себя вливаю. Ну ладно, в общем, все прекрасно. Я думаю, материала достаточно. Есть ли что-то, что ты хотел бы добавить? Или наоборот, считаешь, что я о чем-то забыла тебя спросить?

— Мне бы хотелось, чтобы ты не называла имени моей дочери, а лучше всего — вообще ее не упоминала.

Журналист кивнула и, протянув руку, выключила диктофон.

— Все понятно, учитывая, какие настали времена. Ладно, договорились, я ее не упомяну.

Он взял леденец из стоявшей на столе вазочки и быстрым движением сунул его в рот:

— Благодарю.

— На здоровье, хотя благодарить-то особо не за что. Последнее слово все равно за тобой.

Он усмехнулся:

— Да, конечно!

— Ладно, перейдем ко второй части, то есть к твоему в высшей степени резонансному делу. Как я уже говорила, мы будем продолжать в режиме обычного интервью: я задаю вопросы, а ты отвечаешь. Причем твои ответы я передаю без изменений.

— Я уже говорил, что согласен.

— Блестяще, выходит, мы едины во мнении. Я сейчас только кассету новую вставлю.

Она достала кассету и содрала с нее целлофановую обертку. Обычно она использовала цифровой диктофон, но магнитофон предоставлял больше возможностей делать естественные паузы, что ей сейчас и требовалось. Она тщательно записала название на вставленной в футляр кассеты бумажке, объяснив собеседнику, в чем дело.

— Сейчас это считается старьем. Но мои новомодные цифровые чудеса техники гремят так, что ничего потом не разобрать, и никому из наших айтишников не под силу их починить.

— Мне это знакомо: большинство моих сотрудников тоже предпочитают древние магнитофоны современным.

Конрад Симонсен отвечал на вопросы с той же живостью, с какой Анни Столь их задавала, и тем не менее чувствовал, как нарастает внутреннее напряжение. С деланым спокойствием от откинулся на спинку дивана. А мысленно все пытался предугадать, как повернется интервью прежде всего в отношении материального мотива убийства. И что делать, если она вообще этой темы не коснется? В конце концов он постарался выбросить эти мысли из головы, и первый круг они прошли без особых препятствий.

И все же напряжение оставалось. И возможно, именно оно помогло ему блестяще справиться с ее первым, вроде бы невинным вопросом. Она задала его словно мимоходом, но позднее, анализируя беседу, он ни на толику не усомнился, что ею руководил холодный расчет и что его ответ определенно оказался очень важным.

— Скажи, ты по собственной воле согласился дать мне интервью?

Здесь она нащупала самую большую неувязку в сценарии Каспера Планка. Если бы ему было доподлинно известно, что мотивом преступления служат деньги, а все остальные, включая желтую прессу, которую он на дух не переносил, забрели совсем в другую степь, — на кой ляд ему понадобилось бы улучшать свой имидж в глазах общественности, а уж тем более с помощью Анни Столь?! Он бы просто послал «Дагбладет» куда подальше, пока прокурор не предъявил парочку обоснованных обвинений в убийстве с целью грабежа.