Книга Холодный клинок, страница 97 – Валерий Шарапов

Он встал, нашарил на полке брикет чая и, отломив солидный кусок, бросил его в кипяток. По комнате сразу разнесся аромат чайных листьев. Помешав варево, он снял котелок с огня, налил чай в алюминиевую кружку и присел с ней на топчан. Отхлебывая чай маленькими глотками, стараясь не обжечь губы о металл, он устремил взгляд в окошко. День выдался чудесный: солнечный и безветренный. В такие дни приятно побродить по лесу, загребая ногами прошлогодние листья, с хрустом ломая тонкие ветки, наломанные за зиму ветрами. И добычу выслеживать хорошо. После недавнего дождя на земле остаются четкие следы, а отсутствие ветра позволяет охотнику оставаться незаметным для чуткого нюха дичи.

Только сегодня он не охотник. Он дичь, которой все прелести погоды идут во вред. Он дичь, а это значит, что скоро его тело пронзит пуля. Сегодня, завтра ли — это всего лишь вопрос времени. Главное, что он понимает, что это произойдет. Он ждет. Ждет, когда они придут, как ждали эти ублюдки, с которыми он расправился. А ведь совсем недавно они наслаждались жизнью. Ходили на работу, пожимали руки коллегам, здоровались с соседями, целовались с возлюбленными… В отличие от Лизы. И что с того, что они живые люди? Неужели они лучше Лизы? Неужели она не заслужила право ходить на работу, пожимать руки коллегам и целоваться с возлюбленным? Неужели мало горя выпало на ее долю, чтобы эти твари имели право лишить ее жизни? Неужели нет на свете справедливости?

Да, он поступил правильно, не стоит в этом сомневаться. А то, что теперь придется расплачиваться за свои поступки? Ну и пусть, все равно он не обрел бы покоя, если бы не попытался восстановить справедливость. Ведь он пытался, верно? Он десять лет убегал от того, что должен был сделать еще тогда, в шестьдесят пятом. Десять лет жизни коту под хвост. Десять лет терзаний, угрызений совести и недовольства собой. Именно из-за этого он профукал свою жизнь. Не смог удержаться на службе, не сумел создать семью, родить детей. Он просто не мог позволить себе жить тогда, когда девушка, доверившая ему свою судьбу, ушла в небытие. Лиза…

Он закрыл глаза, и перед его мысленным взором возникло лицо девушки. Молодое, свежее, каким и должно быть лицо семнадцатилетней красавицы. Лиза была очень красивой, это все признавали. Быть может, поэтому с ней и произошло несчастье. Быть может, будь она чуть менее привлекательной, она бы не попала в беду. Но случилось то, что случилось. Ее красивое одухотворенное лицо, ее стройная фигурка, ее не по возрасту округлые женственные формы притягивали взоры всех мужчин. Притянули они и взор того, кто надругался над девушкой, унизил ее, втоптал в грязь ее достоинство и вдобавок ко всему наградил потомством!

С Лизой они были знакомы с раннего детства. Их отцы вместе охотились, а матери обменивались рецептами пирогов еще в те времена, когда Лиза и Паша еще лежали в колыбельках. Позже, когда малыши чуть подросли, они стали лучшими друзьями. Они делились друг с другом игрушками, закапывали «секретики» во дворе, отыскивая самые затейливые фантики и выбирая самые гладкие стеклышки. Учиться они пошли в разные школы, но связи не потеряли. Они дружили так, как могли дружить только подростки.

Когда они доросли до периода жениховства, в любовь их дружба не переросла. Впрочем, это изречение верно только для Лизы. Это она не воспылала страстью к Паше, он же втайне боготворил подругу и был уверен, что рано или поздно девушка поймет, что ей не нужен никто, кроме лучшего друга Паши. Он мечтал о ней весь десятый класс. Мечтал и днем и ночью, а когда Лиза начала встречаться с другим, назло ей записался в Ленинградскую мореходку. Он хотел показать ей, что тоже свободен в своем выборе, но этот поступок был продиктован и другим желанием: он хотел, чтобы, оставшись без него, девушка осознала, как ей его не хватает.