Книга Нелегалы, страница 43 – Георгий Юрский

— Дымарчук. Кирилл, — ФСБешник протянул руку для приветствия.

— Самойлов. Никита, — полицейский обменялся со встречающим крепким рукопожатием.

— Ну поехали вашего оборотня в погонах брать. Дело СКшники уже возбудили. По 137-й. Пока по факту. Санкция на обыск помещения ЛОВД есть, — Дымарчук сразу перешел к делу.

— Это хорошо. Из-за этой информации два наших нелегала-разведчика на пенсии погибли, — Никита не стал скрывать подробности дела.

— Вот блин! — впечатлился ФСБешник и задумался.

— По-взрослому заходить будете? С «тяжелыми»? — Никита специфическим термином обозначил спецназ.

— Ну а как иначе, — развел руками Дымарчук. — Там публика серьезная, может и за оружие схватиться.

Никита промолчал. Как полицейскому, ему не нравилась идея врываться к коллегам со спецназом. Но, учитывая их продажность, другого выхода не было, вдруг «оборотень в погонах» начнет вооруженное сопротивление оказывать.

Никита посмотрел в окно машины, где по другую стороны Волги высились Жигулевские горы. Судя по навигатору, от аэропорта до города было больше часа езды.

— Такая она Самара, вдоль Волги вытянутая, — пояснил ФСБешник, поймав взгляд Никиты на навигатор. — А знаете, что во время войны Куйбышев, ну так тогда Самара называлась, был запасной столицей СССР? — неожиданно спросил он гостя.

— Не может быть! — искренне удивился Никита.

— Ага, — обрадованно проговорил Дымарчук, явно бывший патриотом своего края. — Поэтому у нас отстроили бункер для Сталина, перевезли сюда все посольства иностранные и министерства.

Всю оставшуюся дорогу Никита с интересом слушал лекцию об интересной судьбе Самары. Наконец они приехали к повидавшему виды зданию речного вокзала, где и располагался Линейный отдел полиции на речном транспорте. Там их дожидалась еще одна машина с оперативниками, следователь СК, прокурор и микроавтобус СОБРа.

Дальше пошел привычный цирк, «тяжелые» вломились в помещение отдела, обезоружив дежурного и положили всех мужчин на пол, а женщин расставив у стены лицом к ней. Затем в помещение зашли оперативники. Перепуганному начальнику отдела, возрастному мужчине с несоразмерно большим животом, следователь вручил постановление об обыске. Никита в свою очередь поинтересовался рабочим местом, с которого осуществлялся запрос. Начальник суетливо побежал в кабинет, нашел ведомость компьютеров и указал на угловой стол. Как и ожидал Никита, прямо на мониторе висела желтая бумажка с логином и паролем оперативника, работавшего за этим компьютером. Сам владелец компьютера, как будто что-то знал о грядущих неприятностях, был в отпуске.

— Ну и как нам понять, кто из них, — Никита обвел рукой транспортных полицейских, лежащих на полу и стоявших лицом к стене, — компьютером этого имбецила пользовался?

— Сейчас будем колоть. А информационщики по телефонам посмотрят. Кто рядом сидит? — строго спросил Дымарчук начальника. Тот указал на рябого оперативника невысокого роста.

— Вставай, пошли побеседуем, — Никита приподнял того за локоть.

Но успехов беседы не приносили. Полицейские четко усвоили урок, что «чистосердечное признание облегчает вину, но утяжеляет срок» и как один открещивались от всего. Дымарчук пробовал блефовать, выходил из одного кабинета заходил в другой с таинственным видом, говорил что-то наподобие: «с этим заканчивай, там про него все рассказали уже». Но опера в отделе были тертые и на уловки не велись. В конце концов, удача улыбнулась айтишникам.