Книга Люблю, мама, страница 39 – Илиана Ксандер

— Вау! – ЭйДжей ошеломленно на меня таращится.

Я мысленно возвращаюсь к письмам.

— Как по-твоему, она могла все это выдумать? То, что сказано в ее письмах?

— Не-а.

— Ну а вдруг?

ЭйДжей явно в шоке.

Выдыхаю сквозь выпяченные губы.

Мне никогда не приходило в голову, что, будучи отличной писательницей, она могла выдумать что угодно и выдать за правду. Будь у нее вдобавок психическое расстройство – тем более. Но я ни разу не слышала, чтобы мама упоминала об этом. Ни она, ни отец.

— Мне иногда кажется, что я схожу с ума и… да, делаю безумные вещи.

Но когда я встречаюсь глазами с ЭйДжеем, он смотрит на меня не как на сумасшедшую. А как на человека, только что открывшего страшную правду.

— Почему она не отдала мне эти письма раньше? – обращаюсь к нему.

Он запрокидывает голову и разглядывает потолок.

— Может, она собиралась, и тут… произошел несчастный случай.

— То есть она могла не закончить свои письма?

— Не знаю.

— Вдруг мы так и не узнаем финал?

— Может, она закончила и попросила кого-нибудь передать тебе письма, если с ней что-нибудь случится…

У меня по спине бежит холодок.

— Погоди, то есть… – На меня обрушивается новое осознание. – Ты имеешь в виду, она понимала, что с ней может что-то произойти? И специально записала все для меня?

Я в потрясении, зато ЭйДжей спокоен.

— Не исключено.

— Тогда… Ладно, ладно… Тот, кто отправляет эти письма, – почему он не отдаст их все сразу? Почему присылает по одному, как подсказки?

— Может, чтобы ты открывала правду постепенно, кое-что узнавала сама? Представь, если б кто-то явился к тебе и заявил: «Слушай, твоя мать убила троих парней в приюте, потом, скорее всего, избавилась от телки, с которой твой отец ей изменял, и описала все это в своих книгах», – ты бы поверила? Нет, конечно, – отвечает за меня ЭйДжей. – А так ты выискиваешь информацию, проверяешь и понимаешь, что детали и правда сходятся.

— Хм… Ну ладно.

Мгновение мы сидим в молчании.

— Думаю, мне надо поговорить с кем-нибудь, кто знал маму в приюте, – высказываюсь я наконец. – А еще лучше, знал и маму, и Тоню.

— Если удастся таких отыскать.

— Правильно. Мне надо поехать в Келлер.

Денег на билет у меня нет, но можно попросить у отца. Он с удовольствием даст – теперь, когда мамы нет, – и не придется даже объяснять, зачем они понадобились.

Я поднимаю глаза и встречаюсь с насмешливым взглядом ЭйДжея. Его губы складываются в хитрую полуулыбку.

— Что? – Пожимаю плечами. – Мне надо найти очевидцев, первоисточник этой информации. Такие вещи не обсуждают по телефону. И может, в какой-то момент придется поехать и в Олд-Боу…

— Не думаю, что ты что-нибудь нароешь в Олд-Боу.

— У отца там были друзья. Я узнаю их имена, посмотрю, вдруг кто еще живет там… Многие его приятели знали Тоню. Она же тусовалась с ними, правильно?

— Ага, двадцать лет назад. Кто помнит случайную подружку, с которой тусовался пару месяцев, будучи при этом постоянно пьяным?

— Но именно так работают частные детективы. Раскапывают информацию крупинку за крупинкой.

— Но ты-то не частный детектив, Снарки.

— Ха! Сама знаю. Жаль, у меня нет денег, чтобы нанять одного из них.

— У меня есть.

Прожигаю его взглядом.

— Вот только не надо, ЭйДжей! Не нужны мне твои деньги. Как-нибудь сама разберусь.

— Сейчас я тебе скажу кое-что, только ты не злись, ладно?