Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 17 – Джон Диксон Карр

— В пути с Китом Фарреллом и Одри Вейн. – Бенсон попятился с телефоном в руках и бросил взгляд на часы на каминной полке. – Ожидайте… – Он помолчал. – Повторите, к которому часу? К пяти?

Очередной порыв ветра хлестнул по окнам каплями дождя. Одна угодила в каминную трубу и с шипением упала в огонь, а маленькие часы над камином, будто населенные некой демонической сущностью, принялись отбивать пять часов.

— О господи! – сказала миссис Помфрет.

Бенсон, изогнув шею, все еще смотрел на циферблат.

— Когда доставили телеграмму? – осведомился он. – Ладно, ничего. Спасибо.

Он вернул трубку на место и поставил телефон на шкафчик у камина. Бенсон все еще смотрел на него, когда тот затрезвонил снова. Схватив трубку после первого звонка, дворецкий сообразил, что звук доносится от другого аппарата – телефона местной связи, висевшего на стене, а когда ответил, миссис Помфрет услышала басовитый голос Леонарда, сторожившего въездные ворота.

Выслушав его, Бенсон сперва покраснел, а затем побледнел, будто юноша.

— Нельзя терять голову, миссис Помфрет! – объявил он. – Нельзя терять голову!

— Что?..

— Звонил привратник. Леди Элен, мистер Кит и мисс Одри только что миновали ворота и будут здесь с минуты на минуту.

А это, с точки зрения слуг старой школы, так серьезно, что серьезнее некуда.

— Мистер Бенсон! – в шоке воскликнула миссис Помфрет. – Надо созвать остальных!

— Для этого нет времени! – отозвался Бенсон, которому также не было чуждо ничто человеческое. – Повезет, если окажемся у входной двери раньше, чем ее светлость. Надо торопиться! Надо… – Умолкнув, дворецкий устремил на экономку чрезвычайно твердый взгляд. – Надеюсь, миссис Помфрет, вы уже выкинули из головы ненужные мысли?

— Какие мысли, мистер Бенсон?

— Мысли о том, как некий прорицатель по имени Алим Бей предсказал, что леди Элен не доберется до Северн-Холла живой. Ведь она уже здесь!

— Если позволите, мистер Бенсон, тот прорицатель высказался несколько иначе.

— Что вы имеете в виду?

— Если верить газетам, Алим Бей говорил не о поместье, а о комнате ее светлости.

— Но ведь это мелочь, миссис Помфрет! – вскинул брови Бенсон. – Несущественная игра словами!

— Мне лишь хочется проявить скрупулезность, мистер Бенсон.

— Господи, миссис Помфрет, здесь-то что с ней станется?

Теперь брови вскинула экономка:

— Полегче, мистер Бенсон. И хочу заметить, что вы нас задерживаете, хотя только что настаивали, что надо торопиться.

— Верно, – согласился Бенсон. – Верно. Надо торопиться.

С присущей ему вежливостью он открыл дверь и чопорным жестом пригласил миссис Помфрет проследовать в коридор. Но когда она выходила, остановил ее.

— Миссис Помфрет!

— Да, мистер Бенсон?

— Человеку с вашим опытом – и, если позволите, с вашим воспитанием, – я не рискнул бы давать никаких советов. Но когда вас будут представлять ее светлости, не могли бы вы, гм, продемонстрировать, что рады находиться в Северн-Холле?

— Естественно, мистер Бенсон.

— Ведь это на самом деле так, верно? Вам ведь нравится этот дом?

— Честно говоря, нет, мистер Бенсон. Не нравится. Это не дом, а просто ужас. Здесь столько отвратительных вещей, – объяснила миссис Помфрет, глядя на искренне изумленную физиономию Бенсона, – и все они связаны с мертвецами. Но конечно же, я не стану упоминать об этом при ее светлости. Нет, мистер Бенсон. Свои обязанности я знаю назубок! – С этими словами миссис Помфрет, чеканя шаг, вышла в коридор, в тот же миг озаренный светом молнии, что сверкнула за стеклом задней двери. Проход был узкий, с кокосовым покрытием на полу и выцветшими желто-коричневыми бумажными обоями на каменных стенах, и никакое проветривание не искоренило бы здешнюю затхлость. Впереди виднелась зеленая дверь, ведущая в главный холл, а сзади находилась еще одна, стеклянная, пропускавшая дневной свет.