Книга Скелет в часах, страница 93 – Джон Диксон Карр

— Конечно, объяснение, – продолжил Стэннард, – настолько простое, что может показаться комичным. Я бы назвал это неосознанной мышечной реакцией. Полагаю, вы знаете, как выглядят старые кресла-качалки? И как они двигаются, когда вы в них раскачиваетесь? Вот так я там и оказался. Но меня это привело в чувство. Я отодвинул кресло и затушил сигару. Боль в обожженных пальцах казалась нестерпимой. Было около двух часов ночи. И я решил воплотить идею… Да что там говорить, она возникла у меня с самого начала. Я решил сделать это и избавиться от страха, который она мне внушала.

— Идея? – спросил Мастерс. – Какая идея?

Стэннард поморщился.

— Я решил посмотреть, что случится, – ответил он, – если я опущу рычаг и открою люк.

Стэннард попытался изобразить на своем лице улыбку.

— Честно говоря, я мог сделать это намного раньше. Одна из причин моей нерешительности, – задумчиво сказал он, – возможно, связана с тем, что мне не хотелось шуметь. У себя дома по ночам мы ведь тоже стараемся не издавать громких звуков. Мне казалось – вероятно, я почерпнул эту идею из книг, – что обязательно раздастся грохот или треск. Хотя, если следовать логике, подобный люк должен открываться легко и бесшумно. Или, напротив, из-за долгого простоя механизм мог вовсе не сработать. Как бы то ни было, я взялся за рычаг и потянул вниз. Он поддался, но совсем чуть-чуть. Я нажал сильнее. Послышался скрип, исходивший то ли от рычага, то ли от люка. Тогда я, полный решимости довести дело до конца, ухватился за рычаг покрепче обеими руками и навалился на него всем телом. И люк открылся. При удачном стечении обстоятельств он бы только громко заскрипел. Но петли сильно проржавели, правая дверца сорвалась и упала с таким грохотом, словно обвалилась крыша.

Мартин Дрейк на мгновение перенесся в прошлое.

Грохот, достаточно громкий, но слегка приглушенный толстой дубовой дверью и стенами колодца… Так вот что это был за шум, разбудивший его в два часа ночи!

А Стэннард снова заговорил:

— Я ожидал, что будет шумно, но не настолько! Грохот меня ошарашил. Сразу после этого, – он повернулся к Мартину и мельком взглянул на него, – мой друг Дрейк окликнул меня из-за железной двери: «Стэннард!» А потом опять: «Стэннард! С вами все в порядке?» И я крикнул в ответ: «Да! Вполне!» Я боялся, что голос выдаст меня… Впрочем, это уже было не важно. Пока я опускал рычаг, фонарь стоял на полу. Затем, так и не придя в себя от потрясения, я приблизился к открытому люку и наклонил фонарь так, чтобы его луч осветил колодец. Тот был прямоугольный, с кирпичными стенами и значительно больше продолговатого люка. – Стэннард сделал паузу. – Итак, мистер Мастерс, – добавил он затем, – инспектор Дарк, вероятно, рассказал вам, что я там увидел?

— И что же вы увидели? – воскликнул Мартин.

— Совсем юную девушку, – ответил Стэннард. – Она лежала на спине, глаза закатились, и видны были белки. Тело сильно изуродовано, но я воздержусь от подробностей, которые заинтересуют разве что извращенцев. И все же в ту минуту мне показалось, что злые силы, обитавшие в той комнате, слетелись на труп, как мухи. – Стэннард пробормотал под нос извинения и встал. Слегка прихрамывая, он медленно подошел к позолоченному столику восемнадцатого века в центре комнаты. На мраморной крышке стояли графин с виски, сифон и стаканы. Теперь Стэннард оказался лицом к Мартину и Рут, а Мастерсу пришлось развернуться на стуле, чтобы видеть его.