Книга Високосный убийца, страница 54 – Изабелла Мальдонадо

— Почему мать может не указать отца ребенка?

— Потому, что не знает, кто отец, или боится его, или родила от любовника.

— Или употребляет наркотики! — воскликнула Брек. В ответ на вопросительные взгляды она добавила: — Нашла ее. Примерно через год она угодила в тюрьму округа Монтгомери, штат Мэриленд.

— Мэриленд? — изумилась Нина.

— Осуждена за проституцию и хранение наркотиков, — прочитала Брек с экрана. — Вышла полгода спустя.

— Как она до этого докатилась? — пробормотал Кент. — А с дочерью что?

Сердце Нины подпрыгнуло.

— С дочерью Виктора и Марии, вы хотите сказать?

— Черт, точно. — Кент побледнел.

Брек до сих пор листала базы данных.

— Упс, — произнесла она.

Нина приготовилась к очередным плохим новостям.

— Теперь-то что?

— Сейчас она живет в «Святой Елизавете».

— Что за «Елизавета»? — недоумевал Перес, когда все замолчали. — И почему вы так переглядываетесь?

Он, конечно, не знал об организации на другом конце страны.

— Это психиатрическая клиника в Вашингтоне, округ Колумбия.

— Я проходил там практику, когда работал над докторской, — вспомнил Уэйд. — В «Елизавете» находятся пациенты с серьезными психическими расстройствами, а еще те, кого суд признал невменяемыми. Лечение стационарное.

— Возможно, она слишком больна для допроса… — Кент вздохнул. — Все-таки давняя пациентка. Или накачана лекарствами и не помнит, что случилось почти тридцать лет назад. А то и вовсе не осознает, кто она такая.

— Проклятье! — выразил общее мнение Перес.

— Надо попытаться, — не сдавалась Нина. — Получится поговорить с ней наедине?

— У меня — да. — Уэйд кивнул. — Может, разрешат взять кого-нибудь в напарники…

Нина твердо решила пойти с профайлером.

— Я проверила ее полицейское досье, — вмешалась Брек. — Она частенько попадала за решетку. В основном за имущественные преступления: кражу со взломом, кражу из магазинов, а еще за проституцию. — Келли покачала головой. — Похоже, Кардона утешалась наркотиками. Пять лет отсидела за хранение героина, самый большой ее срок. В последний раз попала в тюрьму семь лет назад. Через несколько месяцев после освобождения легла в «Елизавету».

— Принудительная госпитализация? — уточнил Уэйд.

— Не написано, — ответила Брек, не отрывая глаз от ноутбука.

— А про дочь есть? — волновалась Нина о самом важном.

— Никакой информации. — Сотрудница киберотдела нахмурилась. — По крайней мере, я не нашла.

— Наверное, дочь забрали органы опеки, раз мать посадили, а потом отправили в больницу? — спросила Нина Уэйда. Он лучше всех в команде знал о стационарном лечении.

Профайлер кивнул.

— Да, если не вмешался отец или не объявились родственники, с которыми можно было оставить ребенка.

Отворилась дверь, и вошел Бакстон.

— Только-только получил сообщение из лаборатории. Поступили результаты всех генетических экспертиз. — Не дожидаясь вопросов, босс включил переговорное устройство в центре стола и занял место. — Прошу, доктор Ледфорд. Вы на громкой связи с командой.

— Мы закончили поиск по ОИСД и получили новые результаты. Посторонний образец из дела Ла Йороны, который мы приписываем убийце, не обнаружился ни в одной уголовной базе данных.

— Мы и не надеялись, — прошептала Нина Уэйду, а потом заговорила в устройство: — А ребенок? — Она хотела подтвердить теорию о подмене в больнице.