Книга Берлинский гейм, страница 81 – Лен Дейтон

— Конечно, – согласилась она, и на этот раз улыбка ее стала еще шире. – И платили отцы, а не гнусные сводники. Какой стыд! А я-то надеялась, что вы дадите мне повод вскочить на ноги и гневно заявить, что я никогда ему не изменю. Никогда, никогда…

— Именно так вы и собирались сказать?

— Фрэнк очень привлекательный мужчина, мистер…

— Сэмсон. Бернард Сэмсон.

— Временами Фрэнк бывает ужасно невнимателен, но он интересен. Фрэнк – настоящий мужчина.

— А Вернер не настоящий мужчина?

— О да, понимаю. Вернер ваш друг. Я слышала, как он о вас говорил. Вы оба друг друга обожаете, утверждал он. Ну, Вернер, может быть, и прекрасный друг, но когда поживешь с ним в одном доме целый год, поспишь в одной постели, только тогда поймешь его до конца. Он никак не может на что-либо отважиться. Ему всегда хотелось, чтобы я за него решала все: как, когда, что и почему. Но ведь женщина же выходит замуж для того, чтобы уйти от этих деловых и житейских забот, верно?

— Конечно, – согласился я и постарался, чтобы голос звучал убедительно, чтобы она не сомневалась, как сочувственно и понимающе я ее слушаю. Мне всегда страстно хотелось, чтобы в жизни мне встретилось больше людей, которые предпочитали подчиняться приказам, а не отдавать их.

— Наливайте еще кофе, – каким-то умилительным голосом произнесла она. – Но я не буду настаивать на том, чтобы вы мне растолковали, что означает ваш приход. Вы же понимаете, что не можете обойтись без объяснения со мной.

— Миссис Фолькман, вы были очень терпеливы, и я это ценю. Причина моего появления заключается в том, чтобы официально сообщить вам: в сложившихся обстоятельствах мои хозяева в Лондоне полагают, что вы непременно должны пройти проверку.

— Проверку надежности?

— Да, миссис Фолькман. Такая процедура обязательна.

— Это уже сделали, когда я вышла замуж за Вернера.

— Ну, на сей раз будут несколько иная форма и методика. Как вам известно, Фрэнк Харрингтон – высокопоставленный британский чиновник. Нам придется прибегнуть к тому, что мы называем проверкой категории «Дабл-Икс». Мы надеемся, что вы поймете, почему это необходимо, а также не откажетесь помогать тем, кому поручат эту работу.

— Я ничего не понимаю. Неужели Фрэнк не в силах все уладить сам?

— Если вы не будете делать поспешных умозаключений, миссис Фолькман, вы поймете: очень важно, чтобы Фрэнк об этом ничего не узнал.

— Фрэнку об этом не скажут?

— Пусть Фрэнк думает, что его личная жизнь остается для всех тайной. Ему пришлось немало потрудиться, чтобы это желание осуществить… – Я сделал неопределенный жест рукой. – Ну, представьте, каково будет его состояние, если молодые сотрудники из его же отдела примутся строчить донесения о том, куда вы поехали, с кем вы виделись и сколько у вас на счету в банке? И что он почувствует, если ему придется читать сообщения о ваших отношениях с разными людьми в прежние времена? Вы о них уже наполовину забыли, а ему напомнят, и это может принести вам обоим только страдание.

Она вдохнула сигаретный дым и взглянула на меня сквозь прищуренные ресницы.

— Вы хотите сказать, что ваши следователи будут совать свой нос именно в такие дела?

— Вы – светская женщина, миссис Фолькман. И умная. И вы, конечно, догадались, что расследование уже началось. Ни один из агентов, к вам приставленных, мне еще ничего не докладывал, но вы, должно быть, заметили, что в течение трех-четырех недель вас скрытно сопровождали некие люди. К сожалению, их не столь трудно определить, выделить из толпы. Разумеется, такие проверки мы не поручаем более опытным сотрудникам. Поэтому я не удивлюсь, если вы поняли происходящее. – Я выждал, пока не последует ее реакция, но она сидела, откинувшись на подушку, и смотрела мне прямо в лицо. Курила и не говорила ни слова. – Я должен был прийти и все вам рассказать еще месяц назад, но у меня скопилось столько работы, что не нашлось возможности вырваться.