Книга Огненные рельсы, страница 44 – Сергей Иванович Зверев

— Вы ведь понимаете, товарищ капитан, что помочь мне ничем не сможете, если я там засыплюсь. Начнется стрельба – уходите как можно быстрее. Вот это частоты и позывной для меня. – Старшина протянул листок бумаги командиру. – Будет возможность заполучить другой радиопередатчик и радиста, свяжетесь с нашими и доложите обо всем. Открытым текстом не передавать, тут есть схема шифрования, ею и воспользуетесь. Ее в штабе фронта знают.

Романчук взял бумагу, сунул во внутренний карман пальто. Он хотел обнять Максимова на прощание и пожелать удачи, но старшина уже, поправив шапку, чтобы не бросалась в глаза дырка от пули, вышел на опушку. Три подводы уже приближались, и полицаи настороженно уставились на сани, стоявшие на опушке. Партизаны, спрятав под сено оружие, изображали из себя мирных возчиков. Максимов поспешил к дороге, махая рукой и прося остановиться.

— Так, хлопцы, запаздываем, запаздываем! – деловито провозгласил Максимов, подходя к первым саням. – Одних только после разгрузки проводил, а вы уже должны были здесь быть.

— А вы кто такой? – осторожно спросил полицай, стараясь на всякий случай не грубить.

— Вот мои документы, – протянул полицаю свое удостоверение Максимов и уселся рядом с ним на сани, крикнув возчику: – Давай, погоняй, борода!

В передних санях Максимов увидел ящики с гвоздями и связки кованых скоб для крепления бревен и бруса. Что было в других санях, он особо не разглядел. Но ему показалось, что в следующих тоже скобы, а еще топоры и ломы. А в третьем, судя по мешкам, были продукты. Возможно, что сухие пайки для охраны, солдат и рабочих. Полицай, сидевший рядом, судя по его вопросам, ехал сюда в первый раз и представления не имел о процедуре передачи груза.

— А долго нас тут задержат? – спросил он. – Назад сразу можно уезжать или как?

— А чего вам тут долго делать, – пожав плечами, небрежно ответил Максимов. – Разгрузились, и айда назад. Немец, он праздно шатающихся и глазеющих не любит. Вот у нас в Минске…

И, чтобы избежать вопросов, на которые старшина не знает ответов или может ответить неправильно, он принялся рассказывать придуманную историю из своей службы в Минске. Естественно, с поучительным финалом. И теперь он при чинах, с доверием к себе и разъезжает по областям – уважаемый человек. Двух старых приятелей перетащил на службу в Минск.

Мост и строительная площадка неумолимо приближались. И сейчас Максимову предстояло понять, как вести себя, чтобы не показаться подозрительным. Когда телеги подъехали к площадке, где была сложена древесина и еще какие-то материалы, навстречу вышел угрюмый крупный мужчина в ватнике и с широченными плечами и седыми усами. Старшина поспешно соскочил с саней и махнул возчику:

— Давай подъезжай, подъезжай!

Когда проехали первые сани, он стал махать вторым, потом третьим, чтобы они не задерживались, а убедившись, что возле широкоплечего усача первые сани остановились, Максимов с деловым видом пошел к мосту. Он приседал, как будто что-то высматривал, откидывал голову назад, глядя на толстые балки, которые укладывали рабочие. Потом с деловым видом осматривал доски, доставленные к самой воде. Главное, как он понимал, не торчать одному и на виду у начальства. Нужно слиться с массой работающих или, по крайней мере, с массой строительных материалов.