Книга Огненные рельсы, страница 24 – Сергей Иванович Зверев

Спустившись на дорогу, Максимов деловито зашагал к полицейскому посту на дороге. Полицейских было четверо, в их распоряжении имелась телега с запряженной в нее лошадью. Из вооружения только винтовки. По дороге к посту плелись несколько женщин с узлами. Других подвод или автомашин поблизости не наблюдалось. Старшина уверенно направился к полицейским, умышленно оттолкнув оказавшуюся на его пути какую-то женщину и мысленно извинившись перед ней. Полицаи заметили этот жест и прилично одетого мужчину, толкнувшего женщину. Они сразу уставились на него, бросив проверку документов у селян.

— Кто тут старший? – строго спросил Максимов, доставая удостоверение и протягивая полицейскому. – У меня машина сломалась. Отвезите меня в Ивацевичи. Я и так опаздываю… Ну и глухомань! Как вы тут живете?

Говоря это, Максимов с важным видом бросил взгляд на окрестности и достал из кармана пальто дорогие немецкие офицерские сигареты. Двое полицаев, стоявших рядом с ним, переглянулись и потянулись к сигаретам. «Все, лед сломан, они признали во мне минское начальство», – с удовлетворением подумал старшина.

— Вам охрана нужна, – то ли спросил, то ли утвердительно сказал старший полицай. – Я отправлю человека с докладом, и вам пришлют машину из немецкой комендатуры.

— И я тут буду торчать, сопли морозить, пока твоя лошаденка дошлепает до города? Нет уж, хлопцы. – Максимов взял удостоверение, которое ему вернул полицай, и многозначительно постучал пальцем по обложке. – Тут написано «оказывать содействие», вот и оказывайте. А я вас отблагодарю душевно, как родных.

Максимов убрал в карман удостоверение и сунул руку под пальто в боковой карман брюк. Оттуда он извлек бутылку немецкого коньяка. Подмигнув старшему, старшина с самым заговорщическим видом добавил:

— Это чтобы вам не замерзнуть. Один знакомый немецкий генерал удружил. За услугу, между прочим. В Минске меня многие знают и уважают за мои возможности. «Обеспечение» – великое слово и очень полезное занятие. Так что, командир, выдели мне бойца и пусть он меня отвезет до окраины, а там я уж сам. Так будет быстрее и с пользой для дела. А завтра… нет, послезавтра приходи ко мне, командир, мы с тобой посидим, выпьем, забудем на вечерок о войне и помечтаем о мире и спокойствии, когда и у тебя, и у меня всего будет в достатке. Давай часиков в пять у почты на площади. Я за письмом приду туда, там и увидимся.

Продолжая уверенно болтать, Максим, кряхтя, полез усаживаться на солому в сани. И старшему полицаю ничего другого не оставалось, как кивнуть своему бойцу, чтобы тот выполнил просьбу большого человека из Минска. Полезные связи еще никому не вредили. Кто его знает, если не врет, то, может, и удастся выбраться из этого захолустья в Минск и при больших людях пригреться. Там и жалованье повыше, и жизнь поспокойнее. А то тут снова заговорили про партизан. Когда уж их немцы выловят по лесам-то. А то того и гляди, получишь пулю в спину.

Немецкий пост преодолели без остановки. Рыжий ефрейтор только бросил взгляд на полицая и седока в хорошем пальто и отвернулся. А через полчаса Максимов уже шел по Ивацевичам, разглядывая городок, людей и оценивая обстановку. Недалеко от вокзала увидел в окне «бражную» вывеску – полуподвальное помещение, где можно было согреться, выпить стакан кислой браги. А если есть чем заплатить, то и закусить вяленой рыбкой. Максимов прошел по нескольким местам, где удобнее всего и проще собирать слухи, как его учили в Москве, а потом двинулся к площади.