Книга Князь 2. 18+, страница 5 – Гарри Фокс

— Но… Артур же ни разу с этой Роксаной не был, — не унималась Элиана, в её голубых глазах читалось недоумение. — Какой же тут может быть запах?

Мурка вдруг щёлкнула пальчиками, её изумрудные глазки расширились от внезапного озарения.

— А ты даже представить не можешь, сколько бы их могло быть, если бы не Лира! — прошептала она с придыханием. — Она же всё время, пока господин был в кабинете или на войне чем-то занят… она не спала! Она отлавливала их, как мышей!

— Кого? — не поняла Элиана.

— Да всех! Девушек! Горничных, торговок, каких-то залётных аристократок… — Мурка таинственно понизила голос. — Даже если те только думали об Артуре, наша Лира мигом сматывалась в город. Находила их, пинала хорошенько, чтобы неповадно было, а потом тихонечко возвращалась, как будто так и надо. Храпела себе в ногах у господина, а сама… — Мурка сделала многозначительную паузу, — … охраняла. Территорию.

Элиана замерла, и на её лице медленно проступило понимание, смешанное с ужасом.

— Так вот почему я всегда ощущала на себе этот… тяжёлый, хищный взгляд, — выдохнула она. — Даже когда просто проходила мимо его покоев…

В этот самый момент Лира, шедшая впереди и, казалось бы, всецело поглощённая следопытством, резко обернулась. Её изумрудные глаза сузились до двух опасных щелочек, а розовый хвост замер в неестественной напряжённой позе. Она не сказала ни слова. Просто обвела взглядом Элиану и Мурку.

Этого оказалось достаточно. Обе тут же замолчали, будто воду в рот набрали. Мурка беззвучно поджала уши, а Элиана приняла самый невинный и отрешённый вид, уставившись на верхушки странных деревьев.

Лира, удовлетворённо фыркнув, развернулась и снова повела нас вперёд, вглубь таинственного леса, оставив за спиной гробовую тишину, нарушаемую лишь моим немудрёным напевом и тяжёлым дыханием Годфрика.

РЕКЛАМНАЯ ПАУЗА:

Ночная тишина в замке Драконхейм была обманчивой. Меня разбудил не крик, не звон оружия, а странный шорох на кухне. Спустившись по холодным каменным ступеням, я застыл в дверном проеме.

При лунном свете, пробивавшемся через стрельчатое окно, была видна фигура моей жены. Лира, присев на корточки перед открытой дверцей магического холодильника (который Бертрам с горем пополам заставил работать на ледяных рунах), с жадностью уплетала что-то из глиняной крыночки. Её розовый хвост медленно вилял из стороны в сторону от удовольствия, а на кончике носа и на щеке красовались белые усы.

— Лира? — тихо произнес я.

Она вздрогнула так, что чуть не уронила крынку, и резко обернулась. Её кошачьи глаза, широко раскрытые в темноте, светились виноватым изумрудным огоньком.

— Я… я просто… — она попыталась быстро вытереть лицо, но только размазала все по щеке.

— Опять ночной дозор у холодильника? — усмехнулся я, подходя ближе. — Неужели в княжеских запасах тебе чего-то не хватает?

— Но я захотела сметанки! — оправдалась она, уже с легким вызовом в голосе, прижимая крынку к груди, словно драгоценную добычу.

Я наклонился к ней, оставив руки на коленях, и посмотрел ей в глаза с притворной суровостью.

— А моей мало⁈

Вдруг её смущение как рукой сняло. На её лице расплылась хитрая, торжествующая улыбка. Она подняла крынку, как будто это не просто глиняный горшок, а священная реликвия.

— Эта — особенная! — объявила она, и её голос приобрел нарочито-рекламные, зазывные нотки. — «Сметанка „Поцелуй Дракона“! Изготовлена из отборнейших сливок от коров, что пасутся на самых сочных лугах наших угодий! Высшая жирность, бархатная текстура…»