Книга Князь 2. 18+, страница 159 – Гарри Фокс

Я смотрел в потолок палатки и думал, что ради таких моментов стоит терпеть всю эту вонь, усталость и опасности. Ради неё. Ради того, чтобы после всего вернуться домой.

Скоро, — подумал я. — Ещё немного. Найдём чертежи, разберёмся с Роксаной — и домой. Обещаю.

А пока — просто лежать, обнимать свою кошку и слушать, как где-то далеко кричит сова, напоминая, что мир всё ещё существует. Даже такой.

Я лежал на спине, глядя в чёрное небо, и чувствовал, как медленно отпускает напряжение последних дней. Рядом, прижавшись всем телом, спала Лира — вернее, уже не спала, а просто лежала, положив голову мне на плечо, и водила пальцами по моей груди, выписывая замысловатые узоры.

Ветер слегка шевелил полог палатки, впуская прохладный ночной воздух. Где-то далеко ухал филин, и этот мерный звук создавал ощущение отрешённости от всего мира.

Я притянул её ближе. Лира податливо скользнула ко мне, и я ощутил под ладонями тепло её тела — она была только в тонкой ночной рубашке, почти невесомой, скользящей под пальцами. Ткань почти ничего не скрывала, и я чувствовал, как бьётся её сердце — часто, взволнованно.

Она была прекрасна. В тусклом свете догорающих углей её волосы отливали тёплым золотом, рассыпаясь по плечам мягкими волнами. Глаза — те самые, в которые я мог смотреть бесконечно — смотрели на меня из полумрака с выражением, от которого перехватывало дыхание. В них было всё: и любовь, и желание, и то самое, особенное, что бывает только когда остаёшься вдвоём, когда весь мир сужается до размеров палатки и двух тел, прижатых друг к другу.

Её дыхание участилось — я чувствовал это по тому, как вздымалась грудь, как чуть приоткрылись губы.

Я медленно, не торопясь, провёл рукой по её спине, ощущая каждый позвонок, каждую линию, и наклонился к её шее. Кожа была тёплой, пахла чем-то родным — можжевельником, костром, и просто ею. Я коснулся губами того места, где шея переходит в плечо, и Лира выдохнула — тихо, прерывисто.

— М-м… Артур, ну ты чего? — голос её звучал невинно, но в нём звенела та самая нотка, которая говорила обратное.

Я усмехнулся в её шею, продолжая целовать — медленно, чувственно, ощущая, как под губами бьётся пульс. Её пальцы вцепились в мою рубашку.

— Ничего, — ответил я так же тихо. — Просто смотрю на тебя.

— Смотришь? — выдохнула она, и в голосе прорезалась хрипотца. — М-м-м.

Я отстранился ровно настолько, чтобы видеть её лицо. Лира смотрела на меня из-под полуопущенных ресниц, и в этом взгляде не было ни капли невинности — только ожидание, только желание и та самая кошачья грация, от которой у любого мужчины встали бы дыбом волосы на загривке. И, разумеется, не только волосы.

Она была прекрасна. И она была моей.

Я снова притянул её к себе, чувствуя, как её пальцы скользят по моей спине, как дыхание сбивается, становясь чаще.

Моя рука скользнула ниже, пальцы нащупали край тонкой ткани и проникли под неё, касаясь горячей, гладкой кожи. Лира выдохнула мне в плечо, когда ладонь легла на её бедро, сжимая, поглаживая, медленно продвигаясь выше. Она не сопротивлялась — наоборот, чуть приподнялась, позволяя мне действовать, и её дыхание стало прерывистым, когда мои пальцы скользнули между её ног.

Я замер, ощутив под пальцами не ткань, а влажную, жаркую плоть.