Книга Замуж за шейха. Ломая запреты, страница 45 – Анна Россиус

— Да. Меня это уже никоем образом не касается, – я отворачиваюсь, не выдержав его взгляда.

— Я дам тебе время обдумать нашу ситуацию. Мы будем в воздухе пять часов.

— Потом ты отправишь меня назад? – спрашиваю с надеждой.

— Потом ты возьмешь себя в руки, и выйдешь из этого самолёта за мной, как моя жена.

Почти пять часов полёта я просидела в спальне одна. Подремала даже. Джасим не приходил, и слава богу.

Он меня увез из страны против воли! Никакие договоренности с отцом ему прав на меня не дают, я совершеннолетняя!

Сколько у него женщин всего? Амира была первой женой, но могут быть и другие. Про наложниц, или как они сейчас называются, вообще молчу.

Злюсь на него за обман. Но понимаю, что для мужчины его происхождения, статуса и темперамента иметь гарем – нормально. Другое дело, что такое – не норма для меня. И в страшном сне не могла представить, что придётся делить любимого мужа с кем-то!

Спорить с Джасимом опасно. Он может оказаться деспотом, про каких я читала недавно в книжке. Это в Москве я была защищена, а на его земле – прав у меня никаких, только обязанность ему во всём потакать.

Нужно попробовать с ним договориться по-хорошему. Дать понять, что я не та, кто ему нужен.

После недолгого, тревожного сна открываю глаза. Темно, освещение кто-то заботливо выключил.

Сажусь на постели и попадаю в руки своего шейха. Обнимает и целует в плечо, как ни в чем не бывало.

— Джасим! – отшатываюсь.

Он включает небольшой светильник у изголовья, и комнату наполняет неяркий свет.

— Скоро сядем. В Дубае очень жарко, ночью сейчас почти тридцать. Переоденься, малыш.

— Можно мне сразу на обратный рейс? – спрашиваю без особой надежды.

— Чего ты боишься? – говорит с едва заметной улыбкой, касаясь костяшками пальцев моей щеки. – Я буду заботиться о тебе. Любить. Оберегать.

Хочется верить, но нет. Генрих Восьмой до безумия любил Анну Болейн, мир перекроил ради неё. А потом встретил другую, и отправил ненужную жену к палачу. Вот так вот.

Думаю об Амине, и оторопь берет. Как вовремя случилось с ней несчастье. Нет надоевшей жены – нет проблем.

— Я не смогу с тобой спать.

— Сможешь, – он шепчет мне, касаясь губами уха.

— Зная, что ты приходишь ко мне после других женщин – не смогу.

— Не будет других женщин, Глафира.

Ага, ври больше!

Ловлю его тёмный взгляд. Такие разговоры его заводят, похоже. Ладно, тогда другой аргумент. Хоть вспоминать о пережитом больно.

— После того, что со мной произошло… – выговариваю с трудом. – Бисаров…

— Забудь об этом, – шейх притягивает к себе, целует в лоб. – Теперь тебе ничто не угрожает.

— Ты будешь делать больно…

Имею ввиду больше душевную боль, нежели физическую.

— Только один раз, – он соглашается. – Но, уверен, у нас сегодня всё получится без лишних мучений.

Я, кажется, краснею. Щёки полыхнули, как только представила нас…

Стоп. Что он сказал?

— Сегодня?!

— Да.

— Ты же говорил, что после свадьбы? Что в первую брачную ночь!

— Она как раз сегодня.

— Но…

— Я уже вписал тебя в семейную книгу.

— Что ещё за книга?

— У нас она используется для регистрации браков, подтверждения родственных связей и наследственных прав.

Мамочки. Я что, уже замужем? По каким-то неведомым мне восточным обычаям!

— Ты официально – моя жена и член семьи аль Катем.