Книга Мои две половинки 2, страница 22 – Анна Есина

Вырвалась из его объятий, закрыла пылающие щёки руками и посмотрела на левый стол, где сидели мои родители.

Отец так и застыл с занесённой кверху рукой, в которой держал полную рюмку горькой. Мама быстро-быстро моргала и силилась вспомнить, как поднять упавшую на объёмную грудь челюсть. Брат Лёшка казался неимоверно злым, мышцы на лице походили на натянутые канаты.

— Прости, тигра, опять я похерил контроль, — виновато потупился шафер.

Правый стол в едином порыве заулюлюкал. В меня полетели куски еды, хлеб и подгнившие помидоры. Откуда вообще взялись на банкете несвежие овощи?

Один пропавший томат попал прямо в цель и грязно-жёлтой лужицей растёкся по лифу белого платья.

— Фу-у! Шлюха!

— Потаскуха!

— Блядь!

— Совсем стыд потеряли!

— А что я говорила тебе, Егорушка?! — надрывала глотку свекровь. — Прошмандовка низкого пошиба! Погляди, во что она превратила свадьбу нашего сына? Позор! Какой позор!

Я посмотрела на Рому. Он демонстративно отвернулся, скрестив руки на груди, словно говоря, что видеть меня не желает.

Растерянно повернулась к Илье, однако и он почему-то решил выказать своё фи. Впился в моё лицо пятернёй, притянул к себе и прошипел:

— Ты шлюха, Сонь. Самая грязная.

С криком проснулась. Слёзы душили, перед глазами всё ещё мелькали лица гостей, они мерещились во мраке спальни.

Рома укатился на свой край, закутался в два слоя одеяла и блаженно посапывал. Илья лежал рядом, чувствовала тяжесть его руки у себя на бедре.

Сон, дурной кошмар, дикий плод воспалённой фантазии.

Меня всё ещё трясло и почему-то тянуло низ живота. Наверное, слишком резко села или спала в неудобной позе.

Осторожно выбралась из-под Илюхиной лапищи, подползла к краю и на деревянных ногах пошлёпала в туалет.

До нервного срыва всего пара шагов. Где та счастливая и беззаботная Сонечка, что планировала свадьбу и думала всё организовать в соответствии с лучшими традициями?

У меня будто отобрали компас. Я заблудилась в дремучем лесу под названием жизнь, встала на перепутье и не знаю, куда податься. Налево пойдёшь — душевное здоровье потеряешь, направо — лишишься сна и покоя, прямо — прощай, родительское благословение, а назад означало крах всего. Потому что дать задний ход — это расстаться с моими дорогими мужчинами. Или выбрать кого-то одного для будущей сладкой жизни. Кого?

Без Ромки мы с Ильёй разбежимся через пару недель. Я просто не вынесу его сложностей и частых смен настроения.

А без Ильи мне Ромка будет не в радость. Нет, поймите правильно, мой светленький — идеальный вариант. Он лёгкий, улыбчивый, красивый до опупения. И секс наедине с ним — эта та же феерия, только на двоих, уж я-то знаю. Но с уходом Ильи у меня на сердце образуется рана размером с Великий Каньон, и никакими ласками и шуточками её не залечить.

Умылась, выдавила из себя улыбку, которая скрашивала бы безрадостные мысли и решила выпить чайку. Меня по-прежнему лихорадило и срочно требовалось умаслить желудок чем-то горячим и сладким.

Включила чайник, посмотрела на красную лампочку на подставке и внезапно похолодела. Перед внутренним взором возникла чаша унитаза, наполненное чистой водой колено и две крошечные капли красного. Я вспомнила, как нажала кнопку слива, бачок зашумел и водопад скрыл эти красные капельки.