Книга Кровь и Белые хризантемы, страница 77 – Ольга ХЕ

Изучение Симбиоза

Кабинет, выделенный лордом Маркусом для их частных исследований, радикально отличался от всего, что Вайолет видела в Академии. Он напоминал не магическую лабораторию, а нечто среднее между операционной и студией алхимика. Воздух был стерильным и прохладным, без привычного запаха пыли и пергамента. Вместо книжных стеллажей вдоль стен стояли стеллажи с хрустальными сосудами, диковинными приборами из полированного металла и матового стекла, и несколькими магическими кристаллами, пульсирующими ровным светом.

Сегодня их ждал особый гость — магистр Игнаций, худой, сухопарый мужчина с пронзительным взглядом и репутацией лучшего диагноста Академии. Рядом с ним, отодвинувшись в тень, сидел лорд Маркус, наблюдая с каменным лицом.

— Итак, — голос магистра Игнация был безразличным и точным, как скальпель. — Начнём с базовых измерений. Леди Вайолет, займите место здесь. Наследник, напротив.

Вайолет опустилась на указанный стул в центре комнаты. Лео сел напротив, его поза была неестественно прямой, взгляд — исподлобья, будто он ожидал подвоха. Между ними на низком столике лежал плоский полированный обсидиановый диск, испещрённый тончайшими серебряными рунами.

— Ваша задача — не бороться и не помогать, — обратился магистр к Лео. — Просто позвольте вашей силе… циркулировать. Естественно. Леди Вайолет, я попрошу вас сделать то же самое. Не направляйте дар, просто будьте.

Лео скептически хмыкнул, но кивнул. Он закрыл глаза, и почти сразу же воздух вокруг него загустел. На его обнажённых предплечьях выступили знакомые Вайолет алые прожилки, но сейчас они не пылали яростью, а лишь слабо светились, как тлеющие угли. От него исходило низкое, едва слышное гудение — звук спящей, но готовой проснуться бури.

Магистр Игнаций, не отрываясь, смотрел на кристаллический шар, парящий рядом. Внутри шара клубились багровые туманности.

— Интересно, — пробормотал он. — Мощность фоновой эманации стабильна, но неконтролируема. Сплошной шум. Теперь, леди Вайолет, ваша очередь.

Вайолет глубоко вдохнула, стараясь отпустить контроль. Она почувствовала, как её собственное спокойствие, её «тишина», начала растекаться от неё волной. В воздухе тут же появился тонкий, чистый аромат хризантем.

И тут произошло первое чудо. В кристаллическом шаре багровый туман дрогнул. Яростные, рваные края сгустков энергии начали сглаживаться, а хаотичное движение — упорядочиваться, образуя медленные, величественные вихри.

— Фасцинанте, — прошептал магистр Игнаций, и в его голосе впервые прозвучал интерес. — Вы не подавляете. Вы… структурируете. Как если бы дикий ручей внезапно начал течь по идеально гладкому руслу.

Лео напрягся, его веки дёрнулись.

— Я это… чувствую, — его голос прозвучал приглушённо, с непривычным изумлением. — Это не как тогда, в коридоре. Не удушение. Это… тихо.

— Опишите, — потребовал лорд Маркус из своей тени, его голос был жёстким, но заинтересованным.

Лео искал слова, его брови были сдвинуты.

— Как будто… шум в ушах, который был всегда, вдруг прекратился. И я слышу… ничего. Просто тишину. Но она не пустая.

Вайолет смотрела на него, и её собственное изумление росло. Она всегда чувствовала его боль инстинктивно, реагируя на неё, как на пожар. Но сейчас, в этой контролируемой обстановке, она впервые увидела её структуру. Она ощущала не просто ярость, а миллионы крошечных, разорванных связей внутри него, которые его сила, не находя выхода, рвала снова и снова.