Онлайн книга «Кровь и Белые хризантемы»
|
Она почти бежала до своей комнаты, не видя ничего перед собой, чувствуя, как жар стыда заливает её щёки. Ей нужно было спрятаться, залечь в свою нору, как раненое животное. Она влетела в свою комнату, захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней спиной, закрыв глаза, пытаясь унять дрожь в коленях и бешеный стук сердца в груди. * * * Лео Грифон шёл прочь от галереи, но ядовитые слова Кассиуса и униженный взгляд той девчонки — Вайолет — не выходили у него из головы. Они смешались с воспоминанием о вчерашнем позоре, когда он потерял контроль перед ней в её же комнате, и с навязчивым ароматом хризантем. В висках застучало, знакомое напряжение начало сжимать виски. Ему нужно было уйти. Подальше от любопытных глаз, от этой душащей атмосферы главных коридоров. — Оставьте меня, — бросил он через плечо Кассиусу и остальным, даже не оборачиваясь. Его голос прозвучал неестественно глухо. — Но, Лео, совет у магистра... — Я сказал, оставьте! — его рык прозвучал уже с той самой, опасной нотой. Свита замерла, поняв, что лучше не спорить. Лео свернул в первый же попавшийся боковой коридор, затем в другой, глубже в старые крылья Академии. Он шёл, почти не видя дороги, сжимая кулаки, чувствуя, как знакомая волна ярости и боли накатывает изнутри, угрожая сорвать все затворы. Он искал уединения, чтобы перебороть приступ вдали от всех, но бессознательно его шаги вели его туда, откуда, казалось, исходил тот самый спасительный, ненавистный ему запах тишины. Он оказался в этом глухом коридоре просто потому, что это было одно из немногих мест, где его гарантированно никто не найдёт. И именно здесь, когда он уже почти сдался и почувствовал, как багровый туман застилает сознание, его взгляд упал на щель под той самой дверью... * * * Именно в этот момент из-за двери донёсся шум. Сначала приглушённые крики, звук борьбы, а потом — низкий, сдавленный рык, от которого кровь стыла в жилах. Звук чистой, животной агонии. Сердце Вайолет ёкнуло. Её дар, её проклятая эмпатия, встрепенулся, уловив знакомую, бушующую боль. Ту самую, что она мельком почувствовала в Зале, но теперь в тысячу раз сильнее. И она поняла — это он. Она рванулась к двери и приоткрыла её. Коридор был пуст, кроме одной группы людей у его дальнего конца. Лео Грифон стоял на коленях, согнувшись пополам. Его пальцы впились в собственные волосы. Кассиус и остальные исчезли — видимо, в ужасе сбежали, бросив его одного. — Всё... красное... — просипел он чужим, гортанным голосом. — Убить... всех... Он рванулся вперёд, и его взгляд упал на Вайолет. На её испуганное лицо в щели приоткрытой двери. Алое пламя в его глазах бушевало, в нём не было ничего человеческого. Только зверь. Голодный, одинокий, загнанный в ловушку собственного тела. Он сделал шаг к ней. Потом другой. Его движение было неуклюжим, скованным, будто он боролся сам с собой. Гулкий топот его шагов и тяжелое, хриплое дыхание разрывали звенящую тишину пустого коридора. Коридор в этом крыле был длинным, мрачным и почти безлюдным в этот час. Основная жизнь Академии — лекции, тренировки, интриги — кипела в центральных залах и садах. Сюда, в каменную глушь к общежитиям малых домов, заглядывали редко. Пару служанок, несших вёдра с водой, уже давно скрылись за поворотом, испуганно шарахнувшись от него. Из приоткрытой двери в дальнем конце мелькнуло бледное лицо какого-то студента, которое тут же исчезло, и послышался резкий щелчок запора. Ещё одна дверь приоткрылась на волосок, и в щели блеснул испуганный глаз, чтобы через мгновение тоже исчезнуть. Никто не собирался помогать наследнику Грифонову в его припадке. Все знали о Проклятии Дикой Крови. Все боялись его. И все предпочитали спасать собственную шкуру, запираясь в комнатах и молясь, чтобы буря пронеслась мимо. Он был один. Совершенно один в этом длинном, холодном каменном мешке со своей болью и своим чудовищем. |