Книга После развода. В его плену, страница 65 – Мария Устинова

И от этого он начинает ненавидеть ее еще сильнее.

Напиться можно и дома.

Из спальни она так и не вышла, хотя звала.

Или ему показалось?

Как привязанные друг к другу.

Он возвращается в спальню: она все еще на коленях. Но руки опущены вдоль тела, лица не видно — отворачивается и плачет, тихо, почти не слышно.

Кажется, сама жалеет, что его позвала.

— Успокойся. Не ори, — советует он. — Я не буду тебя трахать, пока сама не захочешь.

Только это значит, что этого никогда не случится. Внутренне он на такое не готов. Но давить сейчас — это ее доламывать.

Он чувствует новый приступ злости.

Не хочет — так не мешала бы!

Вела бы себя тихо, как хорошая жена, легла спать, пока он спускал бы пар с женщинами.

Какого хрена она его остановила⁈

— Зачем ты меня позвала, Инга?

— Я… не могу.

Колени болят. Мне бы подняться, но сил после истерики нет, а Влад даже прикасаться ко мне не хочет.

Я так боюсь на него смотреть.

Жалею, что кричала.

Просила остаться.

Я так боюсь оставаться одна, наедине со своими чувствами, что не выдержала.

Только признаваться в этом очень больно.

По телу разливается слабость, как бывает после вспышки эмоций. Меня трясет. Но уже от облегчения.

Дик пообещал, что не тронет меня.

Не то, что я ему на сто процентов верю, но это случится точно не сегодня…

Встать не могу, поэтому сажусь на пол и закрываю лицо.

Ощущаю, как он присаживается на корточки рядом.

— Посмотри на меня.

Я обещала беспрекословно слушаться.

Опускаю руки.

Заставляю себя смотреть ему в лицо.

Он всегда так смотрит… как будто ничего не чувствует.

— Давай договоримся, — тихо просит он, его тон вползает под кожу мурашками. — Если ты меня не хочешь, значит, со мной будет спать другая, Инга. Будь ты хоть невестой мне, хоть женой. Ты не будешь мешать.

— Как скажешь, Влад.

Сердце ноет от боли.

Это неправильно.

Мой персональный ад, вот он кто. С той минуты, что мы встретились.

— В пятницу отпразднуем свадьбу, — сообщает он и встает. — Подготовься. Сходим в клуб. И пусть каждая тварь знает, что Влад Диканов женился на Инге Сабуровой!

Последние слова он орет, как бешеный.

Снова бьет в стену, оставляя красный отпечаток.

Я вздрагиваю.

Дик выходит, на кухне лезет в шкаф. Звякает бутылкой. Какое облегчение. Он остается.

Пусть бесится, пьет, бьет стены.

Лишь бы дома.

Я лучше буду лежать и слушать дом, зная, что он через стену, чем сходить с ума в пустой квартире.

С трудом поднимаюсь на ноги.

Уже пять недель я лежу, у меня нет занятий, нет ничего. А теперь хочется что-то сделать, не уйти в себя, а чем-то занять мысли, чтобы голова не разорвалась от воспоминаний.

Стремительно выхожу на балкон.

Открываю створку и глубоко вдыхаю.

Мне хочется больше воздуха.

Этой осенью особенно холодно.

Открытые плечи пощипывает, но я глубоко дышу, сосредоточившись на вдохах и выдохах.

Прижимаю ладонь к стеклу, собираясь открыть вторую створку — слишком мало холода и ветра — взгляд цепляется за кольцо.

Металл играет на свету. Идеально село на то место, где раньше было кольцо Сабурова. Прямо на тонкую полоску незагоревшей кожи.

Мне еще не сменили фамилию. Но думаю, сменит.

Я теперь Диканова.

Когда-то мечтала, что Влад отомстит Сабурову и оплатит мою карьеру, а теперь мечтаю просто выжить.

Наверное, он прав…