Книга После развода. В его плену, страница 62 – Мария Устинова

— За обручальными кольцами.

Она недоверчиво глазеет.

Поздно, девочка. Ты давно на все согласилась.

Кажется, она читает это в его взгляде.

Опускает глаза.

Как притягивает эта покорность. Ее слабость. Не хочет быть его женой — он видит.

Но так будет лучше.

— Я не хочу выходить, — шепчет она, когда он заезжает на парковку ювелирного.

На нее и так много навалилось.

Он выходит один.

В ювелирном долго выбирает кольца и останавливается на парном варианте — тонкие ободки белого золота.

На женском крошечный одинокий бриллиант и с изнанки выгравирована голубка…

Любовь и верность.

Эта голубка в его клетке.

В машину возвращается молча. Ей кольца покажет, когда придет время надевать.

Уже дома, отпустив Ингу в спальню, он садится за стол с бокалом коньяка и вспоминает про телефон.

«Инга. Ты жива? Это тебя привели в юридическую контору?»

Вот, что ее заинтересовало в телефоне.

И ему не сказала!

Изнутри хлещет обида.

Ты привык к несправедливости, старик, успокойся, говорит сам себе.

Допивает коньяк и только затем листает вниз переписки.

Ждет, что просила ее спасти.

Это ведь Глеб.

Как он теперь знает — Глеб Варнак, человек Сабурова и ее водитель.

Но там ничего.

То ли не успела ответить, то ли не захотела.

Влад выдыхает.

Самому себе не хочется признавать, как он боялся увидеть просьбу о помощи.

Зубы сводит.

Дик наливает еще коньяк и выдыхает.

Он с ней возится, как с родной. Где ее благодарность, в нем она не видит защитника и спасителя. Прячется в спальне.

Но она ведь не ответила Глебу.

Он проглатывает этот горький яд.

И даже не удалила сообщения.

Дик откладывает телефон, играет с бокалом. Первые сутки Варнак терся рядом. Но после переезда, должно быть, потерял ее.

Вопрос в том, что он здесь делает, если Сабуров свалил за границу. Бесит, но в переписке, этом призыве — это ты⁈ — видится что-то личное.

Где ты был, мудак, когда ее увез Лука.

Сука.

Он проглатывает и вспышку ярости.

Как их выследили?

Через Шаха могли узнать, что он нанял адвоката. Начал следить за ним, вот они и пересеклись возле конторы.

Не важно.

Интереснее, что ему надо.

— Как тебя использовать, — бормочет он.

Можно выманить и взять его.

Послушать, что расскажет про Сабурова.

Но все это — только после свадьбы.

Нельзя рисковать.

В ответ Дик пишет одно слово:

«Да», и выключает телефон.

Свадьбу он назначает на воскресенье.

Договаривается в ЗАГСЕ.

Их распишут дома. Официально, чтобы избежать шумихи. Распишут срочно, об этом Дик тоже позаботился, раздав нужным людям взятки.

Днем в воскресенье он возвращается с платьем и с цветами. Букет белых роз оставляет на кухне.

Инге так и не сказал.

Да ей, кажется и все равно.

— Инга, — он присаживается перед кроватью на корточки. — Нам нужно поговорить.

Она не спит, но и не реагирует.

Никогда уже не очнется. Привыкай, старик.

Инга бросает взгляд на платье, которое он повесил на спинку стула. Под ним стоят белые туфли.

Платье не свадебное, но белое, как он хотел.

Она все понимает.

В глазах появляется паника.

Телефон он у нее предусмотрительно забрал. Еще бы не хватало, чтобы сбежала от него с этим сраным Глебом.

— Я знаю, что ты не хочешь быть моей женой, — хрипловато произносит он и этот факт уязвляет мужскую гордость. — Но так будет лучше.

Она долго думает:

— Это из-за Сабурова? Ради денег?