Книга Сдавайся, это любовь…, страница 83 – Евсения Медведева

Витя прав… Он такие истерики поначалу закатывал, что у всех моих мужей волосы дыбились! Больше всего досталось Козлову, да и выдержал он всего два года, и то, потому что первой терпение лопнуло у меня. А Куру повезло больше, Витька три года назад пришел ко мне с папкой, в которой была вся информация по военным училищам. Мой оболтус, драчун и гроза района, смело глядя в глаза, сообщил, что хочет быть военным. Ооооо… Помню этот день, как сейчас. Я рыдала, пытаясь разжалобить его и отговорить бросать мать, но мой подросток был неумолим.

— А сейчас я уже взрослый, мам, – сын поцеловал меня и прижался своим лбом к моему. – И глаз у тебя, Мусенька, горит так, что дышать жарко!

— И чему тебя только в академии учат? Как может быть жарко дышать?

— Не придирайся к словам. Короче, он вроде нормальный мужик, не тело́к, не скряга, да и крепкий такой.

— Это что, благословение? – расхохоталась я.

— Плодитесь и размножайтесь, Мусь. Ты мне сестру, между прочим, обещала на каждый Новый год. Вот, мне уже скоро девятнадцать, а на меня ещё до сих пор никто не срыгнул по-родственному.

— Вить, у тебя жар? Я трижды была замужем, больше я туда ни ногой!

— Ой, знаешь поговорку про зарекающуюся девку? Кажется, ты и про полицейских так же говорила.

— Эх… Говорила.

— Тогда не ссы, мать. Просто живи в кайф!

— Не думала, что ты так скоро начнёшь мне мозги промывать. И вообще, какого фига ты примчался? У тебя же сессия! – я отряхнулась, вспомнив, что из нас двоих тут взрослая именно я, а не этот наглый юноша.

— Я почти все сдал, мам. Не переживай, а через неделю мы с парнями летим в Сочи, поэтому единственный шанс вырваться – это между экзаменами. Уже видела отца? – Витя вмиг изменился в лице, взгляд его стал холодным, немного колючим.

— Видела.

— И что?

— Поговорить хотел.

— А ты?

— А меня Кирилл увел.

— Кирилл его знает? – выпучил глаза Витька.

— Знает…

— Мам, я поговорю с отцом, чтобы он не подходил к тебе. И вообще, какого черта он припёрся? – сын вспыхнул от возмущения, вскочил с кровати и стал нарезать круги по комнате. – Он специально вернулся? Давно кровь твою не пил?

— Витя, это твой отец, и я не хочу вспоминать то, что было много лет назад. Мне все равно, зачем он вернулся, но мне не все равно, когда мой сын срывается с места и едет спасать взрослую мать. Со мной все будет хорошо, столько лет прошло.

— Хм… – Витька подошел к окну, сложил руки на груди и долго молчал, смотря вдаль. – Люди не меняются, мам. Он мог вернуться в любой другой город, но приехал сюда. Поэтому всем будет лучше, если ты сразу снимешь розовые очки и расскажешь все Чибисову. А не расскажешь, я отменю поездку и буду с тобой. Я … Я тогда чуть тебя не потерял, а сейчас этого не допущу. Пусть в глаза мне посмотрит, папенька.

— Ты не забыл, что все ещё сын мой? – скинула ноги с кровати и стала шарить в поисках тапочек. – Прошло десять лет! Пора уже обо всем забыть и, как ты сам выразился, жить в кайф. Вот и ты живи, Витюша. А я справлюсь.

— То есть Чибисов ничего не знает?

— Он знает то, что ему положено знать.

— Стой, ты же не собираешься включать тупую телку, чтобы доказать, что и без мужской помощи справишься со всем?

— Эх! Зря я тебя не лупила! – взгляд упал на джинсы Кирилла, в петлицах которых сверкал металлической пряжкой ремень. Руки сами потянулись к нему, а уже через мгновение Витька степным джейраном бегал от меня по всей квартире.