Онлайн книга «Сломанная любовь»
|
— Что? — Что у него будет две сестры, — Мирон поднял меня на руки. — И даже имена придумал. — Серьёзно? — Ага. И ты знаешь, а я с ним согласен. Чем больше сладких девочек в нашей семье, тем лучше! — Оля? — Керезь уже вытащил девушку и протягивал руки в мою сторону. — Обещаю не лапать. — Честно? — рявкнул Мирон. — Только чуть-чуть… Гера подхватил меня и максимально быстро, чтобы избежать разборок с Мироном, опустил на землю. В нашу сторону уже бежали Мишка, папа и мама, прижимающая к груди белые туфли. — Мамочка! Он наш принц, да? — Да, Мишка… Наш папа самый лучший из принцев, — подхватила сыночка. На нём были черные шортики, белая рубашка и бабочка, и даже волосы разрешил уложить гелем на бок. Интересно, кому это удалось? — Ольга… — громко вздохнула мама, протягивая трясущиеся руки, в которых лежали белоснежные лодочки. Моя мамочка рыдала, не скрываясь, не держала лицо, как делала это всегда, понимая, что нет на это уже ни времени, ни смысла. Она вдруг резко подалась вперёд и впервые за много-много лет обняла меня так крепко, как я и не помнила. Она не думала о платье, о волосах и о том, что подумают другие. Просто обнимала, пропуская через меня всю горечь своих рыданий. — Бабушка Наталья, — хохотал Мишка, теребя её идеальную укладку. — Мамочка моя такая красивая! Правда? — Ты очень красивая, Оленька, — мама отстранилась, осмотрела меня мягким взглядом и поцеловала. — Прости… Я люблю тебя. — И я тебя люблю, — само вырвалось, и уже я бросилась её обнимать, пытаясь насытиться теплом материнской любви. — Ох, горюшки мои, — заохал папочка, окутывая нас своими руками. — Хватит рыдать. Сегодня только смеёмся… Танцуем и веселимся! Да, Мирон? — Конечно, — Мирон одобрительно кивал головой, стоя позади меня. — Идём, милая… Это был один из тех волшебных дней, о которых мечтает каждая девушка. За шикарно накрытыми столами сидели все родные и близкие. Лица сияли улыбками, а вокруг витало такое густое счастье, которым хотелось делиться… Не было тут места обидам, прошлому и горьким воспоминаниям. Мы смеялись, танцевали до самого заката, а потом, обнявшись, смотрели шикарный фейерверк, что рассыпался разноцветными всполохами над полем. Это был настоящий день. Не выдуманный. Мой день! И счастье моё! Мирон Кусал щёки, щипал руки, пытаясь убедиться, что не сплю… Моя счастливая Лялька кружилась в танце с отцом, смеялась, закидывая голову назад, и всё время бросала в меня томные взгляды. — Она прекрасна, — мама подошла со спины и опустила ладони мне на плечи. — Она любит тебя. — А я-то как её люблю, мам. — Папа не приехал. — Я не приглашал, мам. Нет пути назад. Он же предал нас с тобой, поэтому пусть теперь живёт так, как знает. — Он мне вчера звонил и жаловался, что ты оспариваешь наследство? — Мне не нужны его деньги, мам. Просто сделаю так, чтобы они точно достались моему брату, потому что на своей шкуре ощутил, насколько переменчив бывает отец. А мы с тобой и без его денег проживем, да? — Я горжусь своим сыном, — мама прижалась ко мне щекой. — Как я умудрилась вырастить такого хорошего мальчика? — Это случайность, — я рассмеялся и обнял её тонкие ручки. — А можно я сегодня Мишаню заберу? — В очередь, Оксана, — крякнула Аля и бухнулась в соседнее кресло. Она часто дышала после конкурсов, которые специально готовились для наших забавных старушек, без бушующей энергии которых праздник был бы неполным. — Мы с Любкой уже вторую неделю малька не видим. |