Книга Сломанная любовь, страница 122 – Евсения Медведева

— Королёва Ольга Станиславовна, вы согласны взять в мужья Королёва Мирона Михайловича?

— Согласна! — заорала я так, что птицы, ещё спящие на верхушках деревьев, взметнули в воздух с бешеным криком. Мироша расхохотался и быстро натянул на мой безымянный палец ещё одно кольцо. Оно уже было другое… Толстое, а в щедрой россыпи камней отражались ласковые лучи рассветного солнца.

— Королёв Мирон Михайлович, вы согласны взять в жены Королёву Ольгу Станиславовну? — еле сдерживая смех повторила женщина.

— Согласен! — ещё громче заорал Мирон, схватил меня своими ручищами и обнял так, что дышать стало нечем. А и не нужно было… Наши тела давно уже бились в одном сердцебиении, вдыхали один воздух на двоих, захлёбывались от накопленной любви и тряслись от пылающей страсти. Он мой… рядом. И теперь у нас всё будет хорошо… Он достал ладонь, на которой лежало мужское кольцо. Слёзы застилали глаза, руки тряслись, но я всё же надела его, сильно сжав безымянный палец, на котором теперь нашёл своё место символ нашей бесконечной любви.

— Ур-ра!!!! — заорал Гера и, сильно ударив по дну бутылки с шампанским, стал заливать всех сладкой пенной жидкостью.

— Ур-ра! — визжали девчонки, медленно, вдоль стеночки большой корзины, продвигаясь в нашу сторону. Мы стали обниматься и рыдать в унисон. Катерина целовала и выла, как маленькая собачка, попутно стирая мои слёзы, чтобы не испачкать платье.

Мы передавали бутылку из рук в руки, делая жадные глотки ледяного шампанского. Мирон ни на шаг не отпускал меня, всё смотрел…смотрел… Будто боялся, что ему это кажется. А я целовала его. Руки, пальцы и шею, чтобы и ему показать, что рядом буду, что уже никогда не уйду.

— А где Мишка? — охнула я.

— Всё хорошо, — Мироша улыбнулся.

— Готовимся! — всё тот же громкий мужской голос угомонил наше веселье. Мужчина даже не старался сдержать улыбку, а столкнувшись со мной взглядом, подмигнул и мотнул головой, будто поздравления выражая.

— Миша? — завопила я, посмотрев вниз. На огромном зелёном поле были натянуты белоснежные шатры, а по газону скакал сын, отчаянно размахивая руками. Не могла его слышать, но представляла, как он визжит от восторга. Он всегда говорил, что мама его принцесса, и когда-нибудь появится принц и заберёт её с седьмого неба. Я никогда не спрашивала, как его мамочка-учитель окажется на седьмом небе, а теперь всё понятно стало…

— Папа? — завизжала я, когда шар стал сбрасывать высоту, и высыпающийся народ стал обретать узнаваемые черты. Мой папочка подхватил Мишку на плечи и побежал в нашу сторону. Шар опускался, внутри всё ухало от восторга, а я задыхалась от любви и счастья бесконечного. Ну, точно… На седьмом небе побывала…

Голова закружилась, а среди массы людей стали вырисовываться знакомые лица. Аля… Наташка, Севка, мама… Мама? Я дернула головой, а Мирон улыбался.

— Всё хорошо. Это наш день, Лялька… Это всё для тебя, милая. Пусть все видят твоё счастье.

— Мамочка! Мирон! — вопил Мишка, размахивая руками.

— Сыночек!

— Я говорил же тебе? Говорил?

— Говорил, милый!

— Что он говорил? — хохотал Мирон над эмоциями мальчишки.

— Сын твой всегда говорил, что приедет принц и поднимется за мной на седьмое небо. Ну, принц мой, как тебе предсказание от сына?

— Слышала бы ты, что он предсказал мне вчера перед сном, — Мирон прижал меня к себе за мгновение до удара корзины о землю.