Книга Семь ночей, страница 126 – Евсения Медведева

— Сигнализация, – это мысль была первой, с силой ударившей в темечко. И только я проговорил её, как Горозия уже взметнул на спинку дивана, закрывая отток вентиляции, а Раевский встал на стол и начал дымить, как паровоз, аж двумя прикуренными сигаретами. Я буквально врос в стекло, пытался усмирить ярость, которой хватило бы на сокрушительный взрыв. Нельзя… Это моё поле боя, а значит, и правила будут мои.

«Внимание! В зоне, где вы находитесь, обнаружено задымление!»

Противный компьютерный голос сейчас был самой желанной песней из всех. Первым вскочил Исаев, дал команду не паниковать и умчался на нижнюю палубу, чтобы выяснить, что произошло, ну а следом, естественно, умчался и Иванецкий.

— Отличный план, – Гора убрал пиджак от клапана вентиляции и расхохотался. – А мы хорошая команда, мужики. Портим свадьбы, юбилеи, банкеты. Дорого, быстро и эффективно.

— Именно этим Вьюга и будет на жизнь зарабатывать, когда разорится, пытаясь вернуть ту, которая о нём и не помнит.

Все слова были правильными, логичными и вполне разумными. И другого я от моих прагматичных друзей не ожидал, вот эмоциональный Каратик поддержал бы моё безумие, а эти – нет. Они могли говорить всё что угодно. Грозить, убеждать и приводить сотни весомых аргументов, но при всём при этом без лишних слов подорвались воплощать шалость. Друзья.

Собравшиеся волновались, перешёптывались, некоторые даже стали собираться, чтобы уйти, но Исаев вернулся довольно быстро и, весело смеясь, объявил о системном сбое пожарной сигнализации.

— Из горящих здесь только я, и то от любви к моей великолепной супруге, – максимально спокойно сказал он, махнул музыкантам, и зал вновь утонул в мелодичных переливах рояля. Николай взял жену за руку и повёл в центр зала, прижал к себе, совершенно не заботясь о чужом мнении. – Если бы я мог, то женился на тебе сто раз…

— Мне и одного раза хватит.

Я наблюдал за всем, как тёмный кардинал, из укрытия. Анализировал гостей, следил за вернувшимся Иванецким, по лицу которого было понятно, что его план с треском провалился, а нарушать единение четы Исаевых он не решался. Но Ивана быстро подхватили мужики, затянув нужный спор, а потом и вовсе вытащили на палубу.

— Не ходи, Вадим! – Раевский пытался поймать меня за руку, но не успел. Да и не остановить меня было.

— Какие люди! – стоило мне выйти из барной зоны, как десятки глаз устремились в мою сторону. Исаев даже замедлился, а когда понял, что не уйду, и вовсе остановился в танце. – Добрый вечер, Николай Петрович.

— Вадим? Не ожидал тебя здесь увидеть. Или и это твой ресторан? – Исаев кривился, осматривая зал, а сам маленькими шажочками отходил назад, наивно пытаясь прикрыть главный стол, за которым спиной ко мне сидела Леська. – Скоро не останется ни одного заведения, где бы ни побывала рука Вьюников?

— Нет, не мой. – Это было так трогательно… Осталось только понять зачем? – Сестры. Вера у нас немного взбалмошная, вдруг бросила медицинский и воспылала желанием стать великим бизнесменом. У вас какой-то семейный праздник?

— Знакомьтесь, это моя супруга Марина Андреевна, и у неё сегодня день рождения. Дорогая, это Вадим Вьюник, помнишь ресторан «Семь ночей»? Вот, это детище его фантазии.

Хм… Они не знают? Он никому не сказал, где нашел дочь? Кто её спас? Очень любопытно… Ну ладно, давайте поиграем… Старик смотрел на меня с непробиваемым лицом. Не умолял, не извинялся. Он с твёрдостью во взгляде диктовал своё решение, на которое, наверное, у него было право.