Книга Сердце для чудовища, страница 52 – Натали Грант

Я медленно подошла к комоду, глядя на телефон так, словно это была змея, готовая укусить. На дисплее мигало имя: “Мама”. Сердце сжалось от предчувствия. Мурашки побежали по рукам, когда я взяла телефон. Пальцы стали ледяными.

— Алло? — мой голос дрогнул, выдавая страх.

— Селин! Наконец-то! — голос мамы, тревожный, почти на грани истерики, ударил меня под дых. — Что случилось? Что происходит?

Я непонимающе нахмурилась, чувствуя, как по телу разливается жар паники.

— Мама, о чём ты?

— Что произошло в академии? — в её голосе звенели слёзы. — Нам только что звонили… Сказали, что отзывают твою стипендию, все выплаты. Что ты нарушила какие-то правила!

Моё сердце остановилось. Буквально остановилось на долю секунды, а потом забилось вдвое быстрее. Взглядом я нашла Кайдена. Он наблюдал за мной, не шевелясь, но в его глазах плясало что-то темное, почти дьявольское.

Вот оно. Вот его наказание. Он бил не по телу — он бил по самому больному.

— Нет, мама, в академии всё хорошо, — я пыталась говорить уверенно, но голос предательски дрожал. — Это какая-то ошибка.

— Селин, они говорят, что нам придется вернуть все деньги! — её голос сорвался на всхлип. — А их уже нет… Мы всё отдали за долги. Отец уже едет домой с работы, он совсем не в себе. Что произошло?..

Холодный ужас разливался по моим венам, замораживая кровь. Ноги стали ватными.

— Мама, послушай, — я старалась, чтобы мой голос звучал твёрдо, хотя внутри всё сжималось. — Это недоразумение. Я всё выясню и перезвоню. Клянусь, всё будет хорошо.

— Селин, расскажи, что…

— Пожалуйста, успокой папу. Я разберусь, — обещала я, хотя понятия не имела, как сдержу это обещание.

Сбросив звонок, я заставила себя повернуться к Кайдену. В горле пересохло, руки дрожали так, что я едва не уронила телефон. Его лицо оставалось непроницаемым, но в уголке губ притаилась жестокая ухмылка.

Он знал. Всё это время он знал, куда бить. Не ремнём по коже — по тому, что действительно важно.

— Всё хорошо? — спросил он обманчиво мягко, словно и правда заботился о моём состоянии.

Этот вопрос дал мне право говорить, и слова вырвались сами собой:

— Пожалуйста, — выдохнула я, не узнавая свой голос. — Я всё поняла. Отзови решение.

Кайден слегка наклонил голову, изучая меня.

— Уверена, что усвоила урок? — его голос звучал почти ласково, но в этой ласке скрывалось больше угрозы, чем в открытой агрессии. — Или, может быть, ты просто пытаешься меня обмануть? Снова.

— Нет! — воскликнула я, делая невольный шаг вперёд. — Я всё поняла. Я никогда больше…

— Никогда больше не станешь искать информацию о моей семье? — перебил он, и каждое слово падало, как камень. — Никогда больше не станешь лезть туда, куда тебя не просили?

— Никогда, — прошептала я.

Кайден помолчал, словно взвешивая мои слова. Его пальцы лениво постукивали по подлокотнику кресла. Каждый удар отдавался во мне волной паники.

— Подойди ко мне, — наконец произнёс он.

Я сделала шаг. Потом еще один. Мои ноги были ватными, непослушными, будто кто-то налил свинца в самые кости.

Расстояние между нами растворилось за один вздох. Я даже не успела моргнуть, как его ладонь обхватила мою шею — не грубо, но без права на отступление. Хватка была холодной и абсолютной. Он притянул меня, и я уперлась руками в кресло по обе стороны от его головы. Давление на горло усилилось ровно настолько, чтобы в горле запершило, а дыхание стало коротким, рваным.