Онлайн книга «Довод для прощения»
|
— Я тебе уже сказал, что меня жалеют, а ты обещала, что не будешь. — Допустим. — Ты знаешь, что произошло между мной и Евой? Кхм, неожиданно… Я снова малодушно рассчитывала, что он спросит что-то о нас, хотя с другой стороны…меня ведь это тоже касается, да? И что плохого в том, чтобы понять? Я знаю, что Влад не изменяет. Ну…в смысле…ха! Даже усмехаюсь про себя, учитывая ситуацию, и все-таки. Он сам признавался мне, что семью хотел создать прочную, без грязи, как у родителей. Не получилось. Не повезло. Только он не помнит почему ему не повезло, и, наверно, логично, что он хочется в этом разобраться. Только как мне сказать? Я неловко отступаю, прикусывая губу. Черт! Вот встряла… Только Влад сразу читает изменения в моем лице и шагает обратно, прижимая к стене. Снова заставляет посмотреть себе в глаза, крепко удерживая за подбородок, хмурится. — Ты знаешь. Это не вопрос. Я снова убеждаюсь, что пусть он меня не помнит, зато подсознательно знает все мои реакции и как глупо я себя веду, когда вру. Чувствует нутром. Это хорошо. Но… — Гонцов с плохими новостями принято четвертовать…— шепчу, он коротко улыбается, только вот сразу становится серьезным. — Ответь, пожалуйста. — Почему ты не спросишь у… — Потому что они не знают! Повышает голос, и от внезапной смены его настроения, я вздрагиваю. А вот это новое. Влад никогда не был нервным. В смысле…был, но если я его доведу. Так он всегда был спокойным, как кремень. Говорил, что отлично научился у отца держать под контролем эмоции. Видимо, травма, а точнее не способность вспомнить свою жизнь, разрушила и это до основания. — Прости, я…стараюсь…держать себя в руках, но… — Тебе сложно, я понимаю, — тихо соглашаюсь и слегка киваю, — Ничего страшного. — Ответь, Жень. Пожалуйста. Ты единственный мой шанс разобраться. Никто больше не знает, а Ева, очевидно, опять соврет. Мне не хочется. Сейчас я понимаю «всех вокруг» — это сложно говорить человеку, который тебе дорог, о неприятных аспектов дел, которые касаются непосредственно его. Но ему так важно узнать, он так на меня смотрит… Жмурюсь. Черт… — Я знаю только то, что ты мне сказал, Влад… — И что же я сказал? Опускаю глаза, уставившись на свои мыльные бедра, а очень бы хотелось вместе с пеной утечь в черную дыру слива. Но я здесь. И мне, походу дела, надо сказать… — Когда ты приехал ко мне перед Новым годом…я хотела от тебя уйти. Но ты вернулся, и мне показалось…Я и до этого хотела узнать, боялась, правда, а тогда…ты говорил…ты…что влюблен, и я…эм…почувствовала себя более свободно и спросила. — Ты волнуешься? Поднимаю глаза и тихо вздыхаю. — Такое говорить сложно, и я не уверена, что это должна сделать я. — Но у меня есть только ты… Его шепот полон какого-то ужасающего отчаяния, а еще такая острая нужда…И я не могу отказать. Слегка киваю, глаза правда снова опускаю и тихо рассказываю ему то, что он когда-то поведал мне в свете уличных фонарей родного Питера. Сейчас Кажется, у меня в ушах до сих пор стоит уверенный шум капель, и больше ничего. Влад отшатнулся от меня, как от прокаженной, потупил взгляд, а потом просто ушел. И я себя за это ненавижу. И Еву, собаку, ненавижу! Трусливая гадина, которая даже в этой ситуации вывернулась так, что виновата оказалась я! Наверно, нет. Ладно, точно нет. Меня никто не винит, это же не я делала то, что делала она! Но так фантастически свалить на другого собственную ответственность, а потом засесть в комнате — потрясающий талант, данный Богом. |