Книга Мама знает лучше, страница 63 – Ария Тес

В его словах я слышу насмешку, которую он, однако, ловко прячет. Потом смотрит на меня.

— Аурелия, проводи Алину Дмитриевну до дома. Если она хочет поехать с братом в Москву,а я уверен, что так и будет — ей понадобятся вещи. Пока вы будете за ними ездить, я со всем разберусь здесь.

— Но…

— Сейчас.

То есть, это не предложение, а прямой приказ. Ну, что ж. Сама втянула генерала в эту историю, а значит, придется подчиниться.

Беру Алинку под руку и вывожу из палаты. Мимо побледневшего похуже Сэма врача, и мимо нее. Монстра, который сейчас выглядит взбешенным и дико напуганным.

А еще…он странно смотрит на Григория. Так, будто его знает. Но это же бред? Бросаю взгляд на отчима. Он мне не отвечает сначала, давит бывшую свекровь взглядом, а потом вдруг отвлекается. Это мимолетно, совсем «чуть-чуть», но я…будто чувствую сожаление.

И извинения.

И что-то еще, чего понять не могу.

Времени нет. Жаль, что времени нет разбираться…

Аурелия

Вместе с Линкой мы едем в сторону деревни. Движемся быстро, при этом в тишине, хотя я вижу, как она ковыряет свои пальчики, и чувствую, что хочет что-то сказать. Пока молчит. Интересно, что это будет, когда уже не сможет? Обвинения? Снова нападет на меня? Очень сомневаюсь. Значит, благодарность. Нужна ли она мне? Едва ли.

— Не надо, — говорю тихо, рубанув по поворотнику в сторону съезда на деревню.

Линка хмурится и бросает на меня взгляд.

— «Не надо» что?

— Ты же собираешься извиняться и благодарить? — молчит, хмыкаю, — Этого не надо.

Она снова ничего не отвечает, а я и не настаиваю. Мы заезжаем в частный сектор и медленно движемся вдоль небольших домиков, где, несмотря на раннее утро, уже вовсю бурлит жизнь.

Что в этом удивительного? Не знаю. Все, кто жил хотя бы летом в деревне, в курсе: здесь все и всегда начинается очень рано. Просто я, наверно, в своей Москве совсем от этого отвыкла. Несмотря на то что она почти никогда не спит — все равно: это не одно и то же.

Хмыкаю тихо, когда замечаю, как на нас здесь смотрят. В груди медленно поднимается злость, как если ты забываешь сделать суп потише, и он у тебя начинает выкипать.

Вот и у меня так. Я начинаю выкипать, когда вылавливаю знакомые лица людей, которые когда-то так легко бросили меня на амбразуру. Поражаюсь ли я им? Знаете, наверно, уже и нет. Они для меня — стадо, а я уже говорила: хочешь выжить, бредешь со всеми, иначе тебе каюк. Никто не хочет, чтобы им настал каюк. Все хотят жить эту жизнь в привычном ритме, а что там, за забором? Какая разница?

Но вообще забавно. Обычно говорят, что в Москве люди черствые, но это не так. Я хорошо помню момент, когда была беременна Светиком и как-то пошла гулять. Врач настоял: мол, долгие прогулки — это то, что мне нужно, чтобы убрать нервы, стресс, ну и в принципе. Для ребенка полезно.

Как-то, конечно, у меня с этим не задалось…

Стоило мне выйти на улицу, пройтись совсем немного, как я почувствовала, что внизу живота стало дико тянуть. Я еле добралась до скамейки, прокляла тогда и врача, и то, что поперлась одна, хотя могла пойти с бабушкой, да даже с тем же Никитой, который очень сильно набивался — нет, зачем? Послала всех, закрылась и пошла, твою мать. Королева драмы. После этого случая, конечно, играть в «я все сама» больше не решилась, и, возможно, это стало мне уроком на всю оставшуюся жизнь, но тогда ни о каких уроках я не думала вообще.