Онлайн книга «Бывшие. Любовь, удар, нокаут»
|
Но! Пока все не рухнуло, нужно взять себя в руки. Ее близость всегда была моим криптонитом, а еще, кажется, я чувствую ее соски на своем торсе… Финиш. Когда до меня доходит — это финиш. Я прижимаюсь к ней всем телом. Я чувствую ее дрожь. Я стою между ее раскрытых ног и так некстати попадаю под дождь из раскаленных воспоминаний. Они меня не части разрывают, дыхание перебивают, крутят, ломают. Я ведь все помню. На самом деле, я ничего не забыл. Каждое гребаное мгновение рядом с тобой, которое я так ненавижу — оно во мне; и оно никуда не девается. Его не убить, не уничтожить. Что угодно делай, оно будет в тебе… И ты будешь. Проклятая баба. Чувства доходят до пика. Чувствую, еще мгновение, и я точно сорвусь. Так хочется сорваться… отпустить самоконтроль и нырнуть в нее. Обратно. Знаю, что буду подыхать потом, но это имеет разве значения? Да! Имеет! Не будь мудаком. Не смей поддаваться! Верни себе гребаный контроль, хули ты как тряпка?! Резко отстраняюсь. На нее — ни одного взгляда. Чтобы наверняка я даже шаг назад делаю, смотрю вдаль и холодно чеканю. — Не надо думать, что это все — предел моих грез. Чужой ребенок, который меня не знает… ха! Прям всегда об этом мечтал. — Тогда оставь нас в покое! — рычит она. Замечательно. Был странный момент, опасный крен, но сейчас мы в привычной норме. Она снова меня ненавидит, я снова ненавижу ее. Все вернулось на круги своя. Перевожу взгляд резко и рычу. — Ты отупела за семь лет?! У меня контракт, дорогая. Ты замутила всю эту лажу и… — Это была не моя идея! Я тебя в гробу видела вообще, понял?! Отлично справлюсь с чужим ребенком сама! Вторая волна ярости проходится по нервным окончаниям. Ох, уж эти ее акценты… твою мать! Начинает медленно крыть. И это все сдержать, как пытаться оставить бурю в стакане, поэтому я рычу. Натурально! Градус ярости и ненависти просто просачивается через щели; ведь щели есть везде. Даже в самой стойкой крепости… Сука! Проклятая баба. Гребаная агония… — Какой перформанс, — добавляет без зазрения совести, противно фыркнув, — Будут еще?! — Мне насрать, кто главный зодчий этого тупорылого плана! Тайна вскрыта, назад дороги нет! У меня контракт, блядь! Я должен буду огромную неустойку, если не вернусь в Европу! — Так вали! Кто тебя… — ТЫ ДУРА?! Думаешь, я бы не свалил, если мог свалить?! А стоял бы тут с тобой, лживой, мелкой сучкой и… — Не смей меня оскорблять! Из груди вырывается еще один рык. И я себя опять не контролирую… Делаю к ней шаг, упираю палец прямо ей в лицо и шиплю: — Орешь, что оба виноваты, да? Но, похоже, это работает только в тех случаях, когда тебе на руку. Как удобно, блядь! — При чем… — Ты мне соврала, дорогая. Ты соврала! Поэтому теперь будешь выгребать наравне. Ее запах снова начинает раздражать рецепторы. Я резко отстраняюсь, быстро достаю сигареты, поджигаю одну, лишь бы не чувствовать! Как пахнет рассвет… И не помнить! Что значит держать его в своих руках… — Ничего не перепишешь и не переиграешь. Девчонку видели… — Ее зовут Алиса! Знаю, как ее зовут, сука ты такая! Я знаю! Ааа…!!! Спокойно. Плевать. Просто. Спокойно. — Я ее забираю. Это не обсуждается. Хочешь попытаться воевать? Закопаю! Маня теряет дар речи. Она смотрит на меня широко распахнутыми глазами, а я понимаю — вот оно. |