Книга Бывшие. Любовь, удар, нокаут, страница 36 – Ария Тес

На секунду в голове снова проносится мысль, но теперь какая-то совсем иная. Мы все нагромоздили очень много вранья, а теперь плаваем в нем, барахтаемся, делаем вид, что ничего не происходит, и в этом ли счастье? Возможно, по итогу, только в нем оно и будет… если настоящее счастье для тебя потеряно навсегда.

Удар. Удар. Удар.

Мое сердце больше не горит от ярости. И злости во мне нет. Я, как лук, и первый слой спал, а за ним лишь беспросветная безнадега…

— Гриша приехал, — вырывает меня из черных мыслей голос Никиты.

Я останавливаюсь и поворачиваю на него голову. Мы не говорим ничего, но за много лет мы научились разговаривать без слов. Все ясно. Ситуация становится еще сложнее и хуже.

Киваю, вытирая пот со лба.

— Я схожу быстро в душ и поднимусь.

— Понял. Кину тебе весточку, насколько все плохо.

Киваю еще раз. Никита разворачивается и выходит из зала, а я под эхо его шагов даю себе еще один миг на то, чтобы успокоиться.

Я не боюсь Гриши, не боюсь его злости. Мне, если честно, вообще насрать, но… кое-что меня пугает. Это правда.

Методы решения проблемы могут быть слишком непредсказуемыми, а точнее… наоборот. Слишком очевидными, и вот это меня уже пугает. Вот к чему я на самом деле не готов: к способу решить эту ситуацию. Единственному способу из существующих…

* * *

Гриша никогда не выглядел стариком и никогда стариком в принципе не будет. Сейчас ему пятьдесят пять, но спортивная дисциплина видна в каждом его движении. Он все еще высокий, как чертовая гора, у него все еще спортивное телосложение, о котором мечтают некоторые тридцатилетки. Широкие плечи, обтянутые светлым свитером, выдают его мощь, а не немощь.

Не-е-ет… этот мужик — сильный мужик. Даже сейчас. И он даст фору очень многим боксерам, которых я знаю. У него все классно.

Это действительно так.

Возможно, его в каком-то смысле можно назвать моим единственным ориентиром. В смысле… когда-то точно. Я познакомился с Гришей еще в то время, когда… у меня было очень много целей и безумное количество невзятых высот. Я помню, тогда смотрел на него, и меня преисполняло безумное уважение, а еще яркое желание быть… на него похожим.

Ну да.

Полагаю, каждый человек хочет быть по итогу на кого-то похожим. Не в том плане, чтобы скопировать, а в том, что всем нам нужны ориентиры, к которым хочется стремиться. Обычно это отец. Ну, у нормальных людей. Для меня отец никогда примером не был, а вот Гриша…

Он ушел на покой, когда ему было почти сорок. Тогда он выступал в последний раз, закрывая свой последний гештальт: абсолютный чемпион мира в своем весе.

Да-а-а… вот так ярко он закончил свою карьеру…

А потом ушел в бизнес. У Гриши своя арена в Москве, а еще он занимается продвижением молодых талантов. Ну, и пара ресторанов, но это так. Как он говорит: на закуску.

Короче говоря, Гриша — не один из тех спортсменов, которые бились ради славы. Он бился с умом и смог воспользоваться полученными связями. Я тоже так хотел. Когда-то. Сейчас… наверно, тоже хочу. Не знаю. Возможно, чувства просто притупились, ведь когда ты завоевываешь вершину, ты уже не можешь ощущать вкус сотой победы, как ощутил ее впервые. Не бывает так…

Но, впрочем, это сейчас неважно.

Мы сидим за столом и молчим. Гриша плавно перекатывает между пальцев золотую монету, стоит у окна и чуть хмурится. Ситуация — дерьмо. Я знаю и знаю, что означает это выражение лица — он думает.