Книга На горизонте – твоя любовь, страница 125 – Нетта Хайд

Будет слишком глупо, если я сейчас просто развернусь и уйду? Может, отвлечь его чем-то и сбежать? Дура…

И вот я стою перед ним, ожидая услышать колкости в свой адрес, но он лишь смотрит на меня непроницаемым взглядом. Его руки аккуратно поднимают капюшон, снова натягивая его на мою голову.

— Ты решила заболеть? – спрашивает он, осторожно касаясь моих влажных волос и заправляет их за уши, как будто боится сделать что-то не так.

— Тебя волнует мое здоровье? – интересуюсь я, не скрывая сарказма в голосе.

Он на мгновение фиксирует взгляд на мне и затем твердо говорит:

— Да, волнует. Если ты еще не поняла, меня беспокоит все, что связано с тобой. – Его пальцы едва касаются моих щек, но мимолетная нежность быстро исчезает, сменяясь жесткостью его тона: – Но какого хрена ты приехала сюда?

Этот резкий поворот сбивает меня с толку, но я пытаюсь держаться спокойно, хотя внутри все начинает кипеть.

— Тебе правду или то, что хочешь услышать?

— Говори оба варианта, будь добра.

— Безумно соскучилась, переживала за тебя и было интересно, куда ты исчез посреди ночи. – Я выдерживаю паузу, наслаждаясь его нахмуренным взглядом. – Что из этого правда, а что ложь, решай сам. Но дам подсказку: это не первый вариант.

— Я догадался, – хладнокровно отвечает он.

— Почему ты здесь? Что это за место?

— Это не должно тебя волновать, – жестко отрезает он, как будто ставит точку. Но я не сдаюсь.

— Тею – нет, а твою жену – очень даже волнует, – снова вру, желая узнать, что связывает Хантера с этим местом. – Так рассказывай, Хантер, что заставило тебя променять ночь со мной на это?

Он на мгновение замирает, словно обдумывает мой выпад, и его лицо медленно меняется: сначала появляется удивление, затем насмешка.

— Я не это имела в виду, – спешно добавляю я, поняв, что ляпнула что-то двусмысленное.

— Прозвучало так, как будто именно это.

— Не увиливай, – пытаюсь вернуть разговор в прежнее русло. – Что ты здесь делаешь?

— Тебя это так заботит? Так интересует? – Под слоем привыкшего сарказма проявляется что-то болезненное, заставляющее жалеть о своем любопытстве. – Хочешь залезть в мою голову, посидеть и понаблюдать за моими мертвыми тараканами, женушка? – Он перехватывает мои слова прежде, чем я успеваю возразить.

Его взгляд, острый и напряженный, врезается в меня. В нем нет привычных игр.

В этот раз передо мной стоит человек, готовый показать нечто тщательно скрываемое. Это как предупреждение: «посмотри, если осмелишься». Его глаза полны дикой злости, но, кажется, что часть этой злости не на меня, а на саму жизнь и ту часть его души, которую он долгие годы прятал за крепким замком.

— Пойдем, покажу. – Он внезапно хватает меня за руку, и я не успеваю даже рот открыть, чтобы что-то сказать.

Массивная дверь впереди сливается с полумраком коридора. Мы проходим мимо еще одного охранника, который настороженно смотрит на меня, затем слегка кивает Хантеру. Этот взгляд – еще одно предупреждение. Я неожиданно для себя молчу, боясь задать лишний вопрос, который может разрушить момент.

Мы останавливаемся у одной из дверей. Его рука, все еще держащая меня, ослабевает, но не отпускает. Я замечаю, что внутри него происходит что-то важное. Кажется, он борется с собой, пытается собраться с мыслями, как будто каждое слово, которое вот-вот сорвется с его уст, стоит ему невероятных усилий.