Книга Грязные чернила, страница 25 – Лана Ива

— Это девушка Лиама?

— Кто?

— Вон та, маленькая, которая с ним обнимается. – Я киваю головой в их сторону.

Саша следит за моим взглядом, и её лицо вдруг искажается гримасой, будто она съела что-то мерзкое.

— Барбара Гриффин, – шипит она. – Ну, типа того.

— Что значит «типа того»?

Саша оглядывается по сторонам с таким видом, словно собирается доверить мне какую-то секретную информацию, склоняется к моему уху и еле слышно шепчет:

— На самом деле они не встречаются по-настоящему, между ними заключён пиар-контракт. Знаешь, что это?

Я качаю головой.

— Это значит, что они просто разыгрывают отношения на публику ради собственной выгоды. Лиам – чтобы подогреть интерес к своему новому альбому, а Барбара – к своей главной роли в недавно вышедшей мелодраме. Она начинающая актриса, под Памелу Андерсон в молодости косит, но ей до неё, как до луны.

— Она тебе не нравится?

— Нет, она чересчур высокомерная. Сделала нос, сиськи, губы накачала и считает себя теперь чуть ли не первой красавицей Голливуда, хотя тут таких, как она – каждая вторая. До того, как стать актрисой, она была фотомоделью в том же агентстве, что и я, и постоянно ко всем подлизывалась. Она буквально увела у меня из-под носа съёмку для обложки «Харперс Базар» просто переспав с одним из главных.

Глаза подруги гневно вспыхивают, и она с шумом допивает свой коктейль.

— Ого, а кажется такой милой.

Я смотрю на Барбару и начинаю ненавидеть её ещё больше.

— Это только кажется. Актриса из неё так себе, но режиссёрам она почему-то нравится. Наверное, после съёмок она делает им глубокие минеты. – Саша хватает ещё один коктейль, а я не могу удержаться от смеха. Редко вижу подругу такой злобной по отношению к кому-то. – Не знаю, что в ней все находят, по мне она просто наглая стерва, – продолжает Саша. – Но Пол решил, что им с Лиамом будет выгодно побыть какое-то время в компании друг друга.

— То есть, они просто должны быть вместе и обниматься на глазах у папарацци?

— Не знаю, что там прописано у них в контракте, но целоваться точно должны. Может, и трахаться тоже, но, думаю, они и так это делают. Лиам не очень разборчивый, а она и подавно.

Мне неприятно слышать, что они спят друг с другом, хотя это с первого взгляда на них было понятно. Не хочу, чтобы Саша видела, что меня это задело, и пью воду, скрываясь за бутылкой, как за щитом.

«Это не должно меня волновать, это не должно меня волновать», – я повторяю это несколько раз, словно мантру.

В зале приглушают свет и делают музыку тише, а на сцену выходит эпатажный ведущий с синими волосами, в фиолетовом блестящем костюме, который похож на Цезаря Фликермана из «Голодных игр». Он торжественно объявляет имена тех, кто сейчас будет выступать, и зал взрывается аплодисментами. Я тоже присоединяюсь, правда, без особого энтузиазма, потому что за наш столик подсаживаются Лиам с Барбарой.

Вблизи она ещё более хорошенькая и крошечная, но рядом с Лиамом совсем не смотрится. Она выглядит слишком маленькой на его фоне и чересчур вызывающей в этом мини-платье розового цвета. Я отворачиваюсь от них, чтобы не видеть, как она буквально облизывает всё его лицо, а то меня реально стошнит. Пытаюсь наслаждаться выступлением звёзд, но боковым зрением постоянно замечаю кислотное платье и раздражаюсь. Эта Барбара словно неоновый фонарь, вот бы её на стену прилепить и оставить там.