Книга Грязные чернила, страница 23 – Лана Ива

Он просит мой ник в «Инстаграм» и сразу же подписывается на мою страницу, а я на его. Мы обсуждаем мои снимки, кажется, парню они очень нравятся, а может, он просто подлизывается, чтобы расположить меня к себе. Он говорит, что я фотогеничная и из меня бы вышла отличная фотомодель. Лиам сказал мне нечто подобное на кухне.

Зачем-то смотрю в сторону Харриса и сразу же ловлю хмурый взгляд голубых глаз, после чего отворачиваюсь. Он сердится? С чего бы?

Гружу себя этой мыслью и в раздумьях откидываюсь на спинку дивана. Рука Элиаса оказывается за моей головой. Затылком я чувствую его предплечье и невольно напрягаюсь. Он явно на что-то рассчитывает, надеюсь, хотя бы не считает меня легкодоступной. Хочу сесть прямо, но думаю, что это будет выглядеть грубо, поэтому не двигаюсь.

В нашу сторону оборачивается Саша и широко улыбается, видя, как близко мы с Элиасом сидим. Я еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Она такая сводница. Потягиваю коктейль, слушая, как эти двое о чём-то болтают. А они хорошо знакомы. Скольких людей знает моя подруга? Вот бы и мне стать такой же общительной и раскрепощённой, жизнь была бы гораздо проще.

— Ты ему нравишься, – шепчет Саша мне на ухо и отвлекается на Пола.

А то я не вижу! Я ставлю недопитый коктейль на стол и замечаю, что Лиам куда-то исчез. Элиас вдруг касается моего плеча кончиками пальцев, и я оборачиваюсь к нему. Ого, как он близко. Теперь наши бёдра соприкасаются, и я чувствую тепло его тела.

— Можно я тебя поцелую? – спрашивает он так обыденно и просто, будто попросил у меня телефон позвонить, а не поцеловаться.

У меня чуть челюсть не отваливается. Я к такому не привыкла.

— Ээ, нет, нельзя, – говорю я, и он театрально стонет и хватается за сердце.

Я понимаю, что этот поцелуй совсем ничего для него не значит, и виновато хлопаю ресницами. Неужели я только что с ним пофлиртовала?

— Попытка не пытка, – вздыхает Элиас, и кто-то его зовёт. Он как-то грустно улыбается, убирает мне за ухо прядь волос и возвращается на место, где сидел до этого.

Я прикладываю ладони к горящим щекам. Вот это да. Не могу поверить, что кто-то посчитал меня настолько красивой, что даже расстроился, когда уходил. Элиас милый и забавный, совсем не похож на идиота Харриса.

Почему я всё время думаю о Харрисе?

Он до сих пор не объявился, и я снова осматриваюсь. Замечаю его высокую фигуру в другом конце зала и испытываю какую-то странную смесь удовольствия и облегчения. У него очень красивый профиль, и я невольно им любуюсь. Чётко очерченная челюсть, ровный нос, чуть пухлая нижняя губа, которую мне вдруг хочется укусить.

«Твой пульс зашкаливает. Ты меня хочешь», – вспоминаю я его слова и прикусываю свою губу до боли. Это… правда. Я его хочу.

Всего три раза за свои двадцать два года я изучала себя. Первый раз из любопытства, второй – чтобы просто снять напряжение, но в итоге у меня оба раза ничего не получилось, третий тоже не принёс удовлетворения. Я не знаю, каково это – быть с мужчиной, но то, что я сейчас испытываю, просто смотря на профиль Харриса, когда он даже меня не касается, могу описать только одним словом: голод.

Я прикрываю глаза, чувствуя, как между моих ног скопилась горячая влага, и свожу колени вместе. Уверена, если бы я сейчас прикоснулась к себе, представляя лицо Лиама, я бы тут же кончила. Но я хочу испытать свой первый настоящий оргазм не от своей руки. Я хочу испытать его от рук мужчины. Конкретного мужчины. Я хочу, чтобы чёртов Харрис довёл меня до оргазма. У него красивые и явно умелые пальцы, а ещё слишком длинный язык, уверена, не менее умелый. Когда я представляю, как моя первая любовь ласкает меня, мои щёки начинают гореть, а каждый нерв в теле буквально оголяется.