Книга По щелчку, страница 206 – Лана Ива

Работать можно было удалённо из любой точки мира: хоть с крыши отеля в Париже, хоть из шумной кофейни в Бруклине. От меня требовалось только одно – присылать статьи вовремя.

Работа и Робин не давали мне опускать руки, не позволяли утонуть в тишине и рутине. Они втягивали меня в ритм жизни – заставляли просыпаться утром, выходить в город и дышать свежим воздухом, замечать лица прохожих и истории, которые жили в каждом из них.

Месяц назад я начала вновь встречаться с психологом, открывать в себе то, что прежде старалась забыть. Пыталась разобраться в неутихающих чувствах к Тео. Несмотря ни на что, мы продолжали быть связанными. Я не могла изолироваться от него насовсем, он ведь всё-таки отец моего ребёнка. И я очень надеялась, что он поймёт моё молчание.

Я думала о нём постоянно – о том, кем он был для меня тогда и есть сейчас. Конечно, я до сих пор помнила, что он сделал с Оскаром. В какой-то момент я была готова снова осудить его за это, но в конце концов осознала: он сделал это не потому, что был жестоким, а потому, что любил меня и не хотел меня потерять. Я не могла обвинять его за то, что он сражался за нас.

Я периодически писала ему, давая понять, что я помню, что он существует, что я всё ещё думаю о нём.

А если серьёзно, собственница внутри меня просто не могла позволить, чтобы он забыл обо мне.

Тяжело вздохнув, я посмотрела на браслет, который вылез из-под рукава пальто. Улыбнулась и вслух спросила:

— Почему твой браслет тогда зацепился за пуговицу Тео, мама? Это был знак? Намёк на то, что он особенный? – Я ухмыльнулась. – Или он просто понравился тебе, потому что на папу похож?

Вдруг подул ветер – крепкий, уверенный, но не злой. Он не бил по лицу ледяными плетьми, не гнал снег в глаза. Нет. Этот ветер был другим – тёплым, обволакивающим, почти родным. Словно кто-то набросил мне на плечи невидимый плед.

Словно мама обнимала меня своими нежными руками и шептала: «Да».

Я улыбнулась сквозь слёзы, позволив этому теплу проникнуть в сердце, и вспомнила слова Тео в отеле: «Найди себе хорошего мужчину, Ханна. Какого-нибудь милого голубоглазого ангелочка для разнообразия. Того, кто не будет разрушать и пугать тебя. Кого бы точно одобрил твой отец».

— Ты бы одобрил его, папа? – серьёзно спросила я, поднимая взгляд к серому хмурому небу.

И в ту же секунду ветер снова обнял меня. Сильнее. Теплее. Он тронул мои волосы, закружил шарф, заставил сердце пропустить удар. Но в этом порыве не было ни капли угрозы – только бесконечные любовь и поддержка.

Как будто папа тоже говорил мне: «Да».

Не знаю, было ли это на самом деле или мне просто показалось, но я почувствовала невероятное облегчение и свободу.

— Спасибо. Спасибо за всё. И ещё раз простите меня, что так долго не приходила. Я люблю вас.

И наконец-то готова встретиться с Тео и всё ему рассказать.

Раньше я боялась говорить. Теперь боюсь молчать. Тянуть больше нельзя: с каждым днём это становится всё невыносимее. Молчать дальше – значит лгать. А ложь – это уже предательство.

Я не могу больше так жить – одна, без него. Не могу оставить его в прошлом. Он – мой дом. Немного поломанный, но всё равно идеальный.

Он – моя семья.

Он стал частью меня в ту самую секунду, как коснулся меня глазами в клубе. Своим взглядом он выбрал меня среди миллионов лиц, среди миллиардов жизней. И никакая боль, никакие страхи уже не смогут это изменить.