Книга Путь отмщения, страница 69 – Эрин Боумен

— А вчетвером безопаснее. Ты же сам говорил: чем больше народу, тем лучше.

— Говорил, — соглашается Джесси. — Похоже, ты все-таки не глухая.

— А у тебя припасена мудрость на каждый случай, да, Джесси?

— Не на каждый, — хмуро бурчит он. Потом цокает языком и разворачивает Бунтаря к востоку. Я придерживаю Сильви и провожаю его взглядом. Джесси нагоняет Билла, и дальше они едут бок о бок, а Дворняга пулей уносится вперед.

— Ты ему нравишься, — говорит Лилуай.

— Чего?! — Я изумленно оглядываюсь на нее. — Неправда!

— Тарак тоже всегда говорил со мной загадками. Когда он погиб в одном из набегов, его сестра призналась, что он хотел на мне жениться, и только тогда я поняла.

— Знаешь, Джесси не из апачей, и к нему твои выводы насчет загадок не применимы.

— Он прислушивается к тебе, — упорствует Лил. — Даже дал себя переспорить.

Потому что жадность поборола желание разъехаться в разные стороны. Джесси остался не ради меня и уж точно не потому, что я ткнула его носом в предвзятое отношение к апачам. Готова об заклад биться. Мы с Колтонами всего лишь используем друг друга. Не стоит придумывать то, чего нет.

Я напоминаю себе поскорее сказать братьям, чтобы не трепались о золоте, и трогаю поводья.

— Поехали, Лил. Не то отстанем.

— Лилуай, — поправляет индианка. Я скачу вперед, и она следует за мной.

* * *

Мы долго едем по берегу реки. Вокруг расстилается плоская равнина, и нам нет нужды сверяться с направлением: Солт-Ривер сама нас ведет.

К вечеру пейзаж меняется. Становится зеленее, но на горные склоны у Прескотта не похоже. Сосен не видно, зато тут и там высятся древние кактусы сагуаро, воображая себя деревьями и ломая линию горизонта. Между ними в изобилии растут кусты ежевики, окруженные опунциями и плюшевыми кактусами чойя. Растительность постепенно обступает нас, и я знаю, что это только начало. Дальше лежит еще более негостеприимная земля. Из нее вылезают валуны и острые скалы, она дыбится холмами, переходящими в небольшие плато. И это всего лишь предгорья — даже не знаю, далеко ли мы сможем проехать на лошадях. А что будет в самих горах? Скоро нам придется двигаться прямо по руслу Солт-Ривер, это единственная дорога сквозь непроходимые места.

Из-за настороженных ушей Сильви я наблюдаю за Джесси, который едет впереди. То и дело свистом подзывая Дворнягу, хотя пес ни на шаг не отбегает от реки, он лениво раскачивается в седле, двигая бедрами в такт шагам Бунтаря: обычная посадка для езды верхом. Щеки у меня вдруг вспыхивают. Я сама не своя, мне хочется сорваться в галоп, но вместо этого я тянусь за револьвером и упражняюсь в меткости: на месте каждого встречного кактуса представляю Уэйлана Роуза и делаю вид, что стреляю в него снова и снова. В следующий раз я уже не промахнусь. Всажу ему пулю в сердце, а не в плечо. Вскоре я успокаиваюсь и снова чувствую себя решительной, жесткой и собранной. Убрав револьвер в кобуру, я сосредоточиваюсь на цели нашего путешествия и уже не таращусь в спину Джесси.

Впереди Солт-Ривер делает поворот, исчезая за нагромождением скал. Я вспоминаю карты, которые изучала сегодня утром, мысленно прослеживаю течение реки. Русло огибает скалы, потом снова сворачивает на восток и прорезает горы Суеверия насквозь. Большинство ориентиров на пути к руднику рассчитано на тех, кто едет по тропе Перальты, как я и сказала Колтонам, — возможно, первые золотоискатели направлялись сюда из Тусона или еще дальше с юга. Учитывая, сколько страниц в дневнике написано по-испански, не удивлюсь, если изначально шахта принадлежала мексиканцу. Но поскольку мы едем вдоль реки — сначала до хижины Вальца, и только потом в каньоны, с северной стороны от шахты, — придется расположить все знаки в обратном порядке, чтобы отыскать дорогу к руднику. Или нам удастся найти другие тропы, которые не упоминаются в дневнике. В крайнем случае Лил поможет.