Книга Путь отмщения, страница 51 – Эрин Боумен

Роуз резко меняется в лице, и мгновенно превращается в совсем другого человека. Голубые глаза больше не напоминают летнее небо. Они холодны как лед, тверды как сталь и сверкают дьявольской злобой. Ему-то известно, что он не мошенничал в игре. Ему известно, но остальным нет. Роуз жаждет крови, жаждет вырезать розу на лбу наглеца, который оставил его с носом.

— Я хочу получить обратно все деньги, что вы у меня выиграли, — говорит ему мой сосед справа. — И немедленно.

— Я не собираюсь ничего отдавать, — отвечает Роуз. — Меня подставили.

— Вы сами нас облапошили, — возражает приказчик из «Хэнкокса».

— Это она! — тыкает в меня пальцем Роуз. — Да если бы я знал, что у меня в ботинке туз, я бы использовал его в этой сдаче, у меня был бы фулл-хаус с тремя пулями вместо двух. Это она смошенничала!

— Мы тоже сидели за столом, — напоминает Билл. — Она только и делала, что без конца проигрывала, а в этот раз ей повезло, да и то случайно. Но вот вы… Два фулл-хауса в двух сдачах подряд? А если считать за вечер, то и все четыре! Да разве бывают такие совпадения?

— Вот именно, каковы шансы? — поддерживает его мой сосед справа. — По-моему, вам лучше вернуть деньги.

— А иначе?

— А иначе я застрелю вас и заберу их сам.

— Только если я не достану тебя первым.

Роуз хватает со стола револьвер и стреляет обидчику в грудь. И тут же поворачивается ко мне. Я ныряю вниз и в сторону, краем глаза замечая вспышку выстрела, и еще не успеваю коснуться пола, как тишину в салуне взрывает беспорядочная пальба.

Прикрыв голову руками, я отползаю в укрытие под ближайший стол.

У дальней стены один из бандитов опрокидывает на пол керосиновую лампу. Стекло разбивается, пламя лижет пролитый виски и змеями расползается по салуну. Деревянное строение вспыхивает, как стог сена.

— Билл! — кричу я. — Джесси!

Рядом на пол шлепается тело, и я с ужасом смотрю в застывшие глаза приказчика из «Хэнкокса». Господи, он мертв. Все летит к дьяволу. Наш план провалился, все должно было пойти по-другому.

— Джесси! — снова кричу я.

Зал салуна затянут дымом. Огонь ревет. От бешеного жара кожа у меня вот-вот пойдет волдырями и слезет заживо. Кто-то выкрикивает мое имя. Наверняка один из братьев Колтонов, но я ничего не вижу, и мне представляется, что это отец зовет меня, в то время как Роуз избивает его до бесчувствия. Па зовет меня и надеется, что я приду на помощь, хотя на шею ему уже накинули петлю и вздернули на дерево. Он молится, что я успею прибежать от ручья, прежде чем он задохнется.

Но я подвела отца. Подвела и тогда, и сейчас.

Уэйлан Роуз сидел прямо передо мной, нас разделял только стол, а я не всадила пулю ему в сердце.

Я достаю кольт из-под подола и щурюсь сквозь дым. Покерный стол перевернут, и хотя его уже охватил огонь, до дневника пламя пока не добралось. Тетрадь так и лежит на полу среди раскиданных карт и игральных фишек. Я ползу туда, и когда пальцы уже касаются кожаной обложки, из клубов дыма выступает Роуз — будто сам дьявол, которого не берет адское пламя. Он пинает меня с такой силой, что я пролетаю через весь салун. Мне удается ухватить дневник, но кольт выпадает из руки, и мне до него не дотянуться. Я пытаюсь встать, но рукав платья, одолженного у Эвелин, цепляется за шершавую доску и рвется, обнажая раненое плечо. Роуз видит повязку, и голубые глаза мечут молнии.