Книга По ту сторону свободы, страница 47 – Анна Бойцан

Лив сглотнула, её глаза блестели от страха и решимости.

— Тогда что? — спросила она, шагнув ближе. — Я всё ещё приманка?

Дориан смотрел на неё, и его взгляд смягчился. Он шагнул вперёд, почти касаясь её, но остановился.

— План в силе, — сказал он тихо. — Но мы будем готовиться тщательнее. Ты станешь быстрее. Умнее. Я научу тебя. А Мар... она в порядке. Мои люди присматривают за ней. Она просто слегка перебрала вчера и весь день глотает аспирин и бегает здороваться с фаянсовым другом.

Лив посмотрела на него, скорчив рожицу, выражающую одновременно «фу» и сочувствие. Страх отступил, но не ушёл окончательно. Она кивнула, но её голос дрогнул:

— Ты всегда так спокоен. Это иногда бесит, знаешь?

Дориан рассмеялся — тепло, коротко, и его рука коснулась её плеча, оставив тёплый след.

— О, дорогая, — сказал он, голос ниже, с дерзкой ноткой. — Если бы я не был спокоен, ты бы сбежала. Или... — он наклонился ближе, глаза блеснули, — ждёшь, чтобы я тебя разозлил? Тогда у тебя точно была бы причина для бессонницы.

Лив закатила глаза, но её губы дрогнули. А потом она выпалила:

— Дориан, останься сегодня. Не уходи...

Он замер, его бровь выгнулась, и в глазах мелькнула искра.

— Остаться? — переспросил он полушёпотом. — Лив, ты уверена? Я ведь могу быть очень плохим соседом по комнате.

Она сглотнула, пульс заколотился, но она шагнула ближе, её голос был твёрдым, несмотря на дрожь:

— Я знаю. И... я хочу, чтобы ты меня укусил.

Дориан прищурился, его улыбка стала острее, но в ней мелькнула тревога.

— Повтори, — сказал он, голос низкий, как шёлк, но с напряжением. — Ты просишь меня... укусить тебя? Лив, это не игра.

Она подняла подбородок, её глаза блестели от страха и упрямства.

— Я не играю, — сказала она, голос дрожал, но был настойчивым. — Если меня укусит кто-то из новичков, я не хочу замереть от боли. Не хочу быть беспомощной. Я хочу знать, как это — чтобы привыкнуть. Укуси меня. Пожалуйста.

Дориан смотрел на неё, его глаза потемнели, и воздух сгустился, как перед грозой. Он медленно обошёл её, остановившись сзади, и Лив почувствовала его тепло — живое, обжигающее, как пламя, слишком близкое, чтобы не задеть. Его рука скользнула по её животу, пальцы легли чуть выше талии, мягко, но с намёком на силу, и Лив вздрогнула, её дыхание сбилось. Напряжение сковало её, каждый мускул ждал боли, но доверие к нему — хрупкое, но настоящее — держало её на месте.

— Лив, — сказал он, и её имя в его устах звучало как заклинание. — Ты хоть понимаешь, о чём просишь? Это не просто укус. Это... — он сделал паузу, его взгляд прошёлся по её шее, и Лив почувствовала, как её пульс бьётся под его пальцами, — это как открыть дверь, за которой нет пути назад. И, чёрт возьми, ты делаешь это так красиво, что я почти готов забыть, почему это плохая идея.

Её щёки полыхнули, но она не отступила. Она медленно убрала волосы с шеи, оголяя кожу, её пальцы дрожали, но жест был решительным, почти дерзким, как будто она перенимала его игру.

— Я не хочу пути назад, — шепнула она, голос дрожал от смеси страха и чего-то ещё, чему она не могла дать имя. — Я хочу знать. Хочу чувствовать. Хочу... чтобы это был ты.

Дориан выдохнул, его пальцы на её талии дрогнули — еле заметно, но Лив уловила это, и её губы тронула лёгкая, почти коварная улыбка. Она училась у него — дразнить, играть, держать его на грани.