Книга По ту сторону свободы, страница 28 – Анна Бойцан

— Ты чудовище... — выдохнула Вероника, в ней звучала чистая боль.

— Может быть. Но я — честное чудовище. В отличие от тебя, я хотя бы не вру, особенно себе.

Он выдохнул резко — тяжело, как будто сбросил груз с плеч.

Тишина. Лёгкие шаги. А затем его голос, громкий, резкий, направленный прямо к ней:

— Лив, хватит прятаться за углом, — сказал он, и в его тоне была знакомая насмешка, но с лёгкой усталостью. — Если подслушиваешь, будь добра, спустись и присоединяйся.

Он знал, что она там. Всегда всё знает. Такова его природа.

Лив медленно вышла из тени лестницы. Свет из зала подсвечивал только часть её лица. Она смотрела на него — и на Веронику, чьи глаза были распухшие, а губы дрожали.

Вероника вскинула голову:

— Посмотри на него, девочка. Посмотри хорошо. Думаешь, ты — особенная? Я тоже так думала.

Я тоже жила в этой иллюзии. И посмотри, что со мной стало. Я — будущая ты. Так что не обольщайся его сладким речам.

Вероника тяжело дышала. Руки сжаты в кулаки, грудь вздымалась, лицо красное — от злости, от унижения, от боли.

Лив стояла внизу, сжав плечи, будто ей хотелось исчезнуть. Она смотрела то на неё, то на Дориана. И не могла понять, кто из них страшнее в этот момент.

Он вызвал её — Лив это чувствовала. Он знал, что она здесь, знал, что она всё слышала. Но теперь... в его взгляде было сожаление. Лёгкое, почти неуловимое, но она поймала его.

— Я знал, что ты способна на многие глупые, жалкие поступки, Вероника, — холодно произнёс он, и голос его звучал отстранённо. — Но я всё-таки переоценил тебя.

Он сделал шаг ближе к ней.

— Ты решила устроить эту маленькую сцену зачем? Чтобы она услышала? Детка, она и так знает каков я. А ты — просто... крикливое напоминание о том, почему я утратил интерес к сближению с вампирами.

Слова вонзились, как иглы. Вероника вздрогнула, потом выпрямилась, подбородок дрогнул.

— Ты... — её голос был сорванный, с хриплый, обессиленный, — Ты отобрал у меня всё.

— Не ври себе, — перебил он. — У тебя уже ничего не было. Ты выстроила свою жизнь вокруг вулкана, который сжёг её до тла. Не моя вина, что ты это сделала. Я этого не просил.

— Нет! — сорвалось у неё, и в её глазах вспыхнул настоящий бешеный огонь. — Ты забрал у меня то, чем я жила последние шестьдесят лет.

Она повернулась к Лив, её взгляд стал стеклянным, злобным, искажённым.

— Тогда я заберу у тебя то, что ты так хочешь сохранить. Посмотрим, как тебе понравится, когда твою игрушку сломают.

— Вероника, не смей, — голос Дориана был как удар хлыста.

Но она уже метнулась к Лив, быстрее, чем человеческому глазу под силу уловить, её каблуки стукнули по полу, а воздух разрезал резкий свист. Лив отпрянула, её сердце подскочило к горлу, но она не успела даже вскрикнуть.

В тот же миг — глухой хлопок, удар, и тело Вероники замерло в воздухе, словно остановленное невидимой силой. Дориан схватил её за горло, прижав к стене с такой силой, что его вены на руке вздулись, а его лицо стало стальным, без намёка на милосердие. Лив никогда не видела его таким — не просто опасным, а пугающе бесчеловечным.

— Ты перешла черту, — прошипел он ей в лицо, и голос его был бездушный, почти змеиный.

— Отпусти! — выдохнула Вероника, изо всех сил извиваясь. — Ублюдок! Ты...

— Тс-с. — Он приложил палец к её губам, как будто укрощал дикое животное. — Ты всегда была драматична. Но сейчас ты — ведёшь себя как напрочь потерявший рассудок вампир, угрожающий мне. А я, как ты знаешь, не терплю угроз. И не прощаю.