Книга Разрушенный, страница 72 – Мари Мур

Я нажимаю на кнопку аудиосистемы, больше не желая слушать радио, и не свожу глаз со счастливых выпускников академии. Представляю, как их хорошенькие личики перекосятся от ужаса, когда они будут верещать от страха. А уже завтра во всех выпусках новостей появятся кадры с места событий.

«Застрелен один из учеников академии «Дирфилд»

Но чем дольше я смотрю на старшеклассников, тем сильнее убеждаюсь в том, что среди нет того, кто мне нужен.

Его здесь нет. Как и меня.

Я ставлю пистолет на предохранитель и убираю его обратно. Придется оставить идею с эффектным убийством возле здания школы.

Я включаю передачу и завожу двигатель. Отъезжаю от академии и медленно качусь мимо парковки. Мой взгляд останавливается на черном внедорожнике, и невольно я задерживаю дыхание.

Я вижу его. Того, кто однажды разбил мое сердце.

Май. Бостон

Моя нога рефлекторно нажимает на педаль тормоза. Я несколько раз моргаю, продолжая смотреть на него. На мальчика, который когда-то был моей первой любовью.

Точнее, он уже не мальчик.

Кэш возмужал.

На нем белая рубашка, под которой проглядываются более мускулистые плечи, чем раньше. Широкая грудь и наверняка более выраженный пресс, чем я помню. Узел его галстука свободно расслаблен, а пиджак небрежно закинут на одно плечо.

Теперь он не похож на популярного парня в школе или на квотербека футбольной команды. Теперь он похож на того, кто может с легкостью купить эту команду. А на остаток приобрести стадион.

Привилегированный везучий ублюдок.

Он подходит к черному внедорожнику, и я узнаю эту чертову машину. Именно на ее заднем сиденье Кэш лишил меня девственности. А затем передо мной возникает другое воспоминание, связанное с этой гребаной школьной парковкой.

Я стою напротив Кэша и не могу поверить, что он так со мной поступает. Его отчужденный и равнодушный взгляд скользит по мне сверху вниз, а потом Кэш отворачивается, будто ему нет до меня дела.

И ему действительно плевать на меня. Разве он не видит, что я с трудом пытаюсь справиться со своей болью? Разве он не видит, что его безразличие убивает меня?

Нет.

Он не видит этого.

Более того, он решает, что мне мало унижения и предательств.

В следующий момент Кэш поворачивается и смотрит на меня в своей привычной манере. Готова поспорить, что с этим высокомерным и токсичным образом столкнулись половина учениц академии.

Кэш открывает рот и добивает меня своими словами:

«Я солгал. Это было игрой, чтобы трахнуть тебя. С тобой было классно. Но мне надоело»

Мне становится жутко обидно за юную Ким. Она была готов пойти на все, ради парня, который отвернулся от нее тогда, когда был так нужен.

За одно мгновение меня охватывает необоснованная и нелогичная ярость.

Я тянусь за пистолетом и снимаю его с предохранителя. Опускаю наполовину темное тонированное окно и прицеливаюсь. Мой палец ложится на курок, и я задерживаю дыхание.

Давай, Ким. Сделай это.

Кэш открывает дверь со стороны водительского места одной рукой, во второй держит аттестат об окончании школы. Перед тем, как я собираюсь выпустить пулю, Кэш оборачивается. Между нами несколько десятков футов, но я вижу его голубые глаза.

Это единственное, что осталось от прежнего Кэша, и холодный осколок, в который превратилось мое сердце, начинает трещать и постукивать. И с его каждым слабым ударом я чувствую, как пропадает все мое хладнокровие и расчетливость.