Книга Разрушенный, страница 69 – Мари Мур

— Сегодня тебе лучше пропустить занятия, – заявляет Фрэнк, присаживаясь обратно за стол.

— Почему?

— Сегодня из Нью-Йорка пришла плохая новость. Очень плохая, – говорит Фрэнк, и от его тона мое сердце едва не падает куда-то в желудок.

— Что случилось? Что-то с Киллианом? – испуганно спрашиваю я.

— С ним все в порядке, – отвечаю Фрэнк, и я облегченно выдыхаю.

— Тогда в чем дело?

Фрэнк выпивает бокал одним залпом.

— Свадьбы не будет, – заявляет он, и мои глаза расширяются.

— Что? – растерянно спрашиваю я.

— Держись, милая. Найл… – Фрэнк замолкает, и у меня теряется терпение.

— Папа, ты скажешь наконец, что случилось?

Фрэнк переводит на меня взгляд, и внутри меня что-то ломается. Что-то подсказывает, что я услышу то, что может перевернуть весь мой мир.

— Найла больше нет. Он умер.

— Это… Это какая-то дурацкая шутка?

— Нет, милая. Это правда. Найл умер.

Я не могу серьезно воспринимать слова Фрэнка. Я не верю, что это возможно. Еще вчера я разговаривала с Найлом по видеосвязи. И с ним все было хорошо.

— Это какой-то розыгрыш? Куда ты спрятал видеокамеры? – я оглядываюсь по сторонам. – Найл стоит в соседней комнате и скоро выскочит с криком: «Сюрприз»?

Фрэнк молчит, и его молчание подобно ножу, ударившее в мое сердце. Я достаю телефон из кармана и набираю номер Найла. Слышу гудки. Второй, третий, четвертый…

Меня переключают на автоответчик, и я опять пытаюсь дозвониться до Найла. Я чувствую, как по щеке скатывается слеза, когда мне сообщают, что абонент не может ответить. Но я пытаюсь дозвониться до Найла снова и снова, и с каждой попыткой слезы сильнее скатываются с моих глаз.

Найл, возьми трубку. Пожалуйста. Это совсем не смешно.

— Милая, он не ответит. Ты должна это принять.

Слова Фрэнка лишают меня сил. Мои руки дрожат. Я роняю телефон, чувствуя, как резкая боль вспыхивает в груди. Я зажмуриваюсь, потому что мне не под силу с ней справиться. Пронзительный крик проносится над обеденным столом, и я понимаю, что он принадлежит мне.

Если бы рядом со мной был Найл, он бы избавил меня от страданий.

Я отодвигаю от себя нетронутый бокал с виски и молча поднимаюсь из-за стола. На негнущихся ногах подхожу к лестнице, чтобы подняться на второй этаж. Внезапно я застываю на месте.

— Как? – не своим голосом спрашиваю я. – Как это произошло?

— Его убила бывшая девушка, – говорит Фрэнк. – Она пригрозила Найлу, что покончит с собой, если он не встретится с ней. Она заманила его в ловушку и нанесла несколько ножевых ранений, от которых Найл скончался на месте. Несколько часов назад полиция задержала ее, и она призналась во всем.

В гостиной повисает тишина.

— Похороны через два дня, – добавляет Фрэнк.

* * *

Я иду по проходу между молитвенных деревянных скамей. С обеих сторон доносятся неудержимые вопли, рыдания и всхлипы. Кажется, все в церкви плачут, кроме меня. Во мне сплошная пустота. Больше ничего нет.

Все мои чувства и эмоции умерли вместе с Найлом.

Словно робот я приближаюсь к постаменту, где стоит гроб в окружении цветов. Я перевожу взгляд на распятие. Если и есть где-то Бог или Всевышние силы, то они явно не милосердны ко мне.

Я бы могла идти к алтарю, как невеста. Но вместо этого навсегда прощаюсь со своим женихом.

Я останавливаюсь около гроба и смотрю на Найла. Его глаза закрыты, и последний крохотный намек на надежду ломается, окончательно убивая все живое во мне. По щеке скатывается одинокая слеза, и я смахиваю ее, вспоминая слова Найла.