Книга Разрушенный, страница 32 – Мари Мур

Его глаза.

Его волосы, развевающиеся в воде.

Его рот, из которого выходят пузырьки воздуха.

От страха за него в моем горле застревает ком.

— Кэш! – кричу я, и по моим щекам скатываются слезы.

Я впиваюсь пальцами в лед с таким неумолимым отчаянием, что кожа под ногтями стирается до крови. Вместе с этим я смотрю, как Кэш пытается что-то сказать. Его губы быстро шевелятся, пока мой мозг лихорадочно соображает, как спасти его.

У него вот-вот закончится воздух, и он… уйдет ко дну.

— Держись, Кэш! – сквозь всхлипы кричу я.

Я сжимаю руку в кулак и со всей силы бью по льду. Резкая боль вспыхивает в костяшках. Но я наношу удар снова. И снова. И снова.

Но все бесполезно. Мои удары слишком ничтожные. И словно насмехаясь надо мной, лед растет и становится все толще с каждым мгновением. Будто стремиться разделить меня и Кэша.

Неожиданно мой взгляд зацепляется за силуэт, двигающийся в темной воде позади Кэша. Он подплывает все ближе и ближе. Я узнаю его, и мой пульс останавливается.

Это он. Кошмар из моего прошлого.

— Кэш! – верещу я. – Обернись! Сзади тебя Блаунт!

Я кричу, но Кэш не слышит меня. Он пристально смотрит на меня и пытается что-то сказать. Затем поднимает руку, и его ладонь прижимается и поглаживает лед в том месте, где находится мое лицо.

— Кэш, пожалуйста! Обернись!

В это мгновение Блаунт нападает на него сзади. Он сжимает его шею в сгибе локтя и тащит его вниз.

Ко дну.

— Нет! – я кричу во всю силу легких. – Нет! Кэш! Пожалуйста…

Я бью по льду обеими руками. Но Кэш вместе с Блаунтом уходят на глубину. Все дальше и дальше. Его очертания постепенно скрываются в черной воде. Кэш окончательно исчезает, и я плачу навзрыд. В тишине ночи мой вой звучит по-звериному.

Игнорируя ноющую боль в кистях рук, я продолжаю бить по льду. Я наношу удар за ударом. Но мои движения замедляются, словно невидимая сила сковывает меня.

— Милая, успокойся, – низкий голос прорывается сквозь холод и боль.

— Он убьет его! Кэш может погибнуть!

— Ш-ш-ш, – продолжает успокаивать меня голос. – Здесь никого нет. Тебе приснился кошмар.

Кошмар.

Я резко останавливаюсь. Меня всю трясет. Я глубоко и часто дышу, чувствуя, как бешено колотится сердце. Я боюсь открыть глаза, но в мои ноздри просачивается знакомый аромат. Это парфюм Фрэнка. Для меня он ассоциируется с безопасностью и защитой.

Я открываю глаза, и от слез все расплывается. Несколько раз я моргаю, прежде чем увидеть над собой обеспокоенное лицо Фрэнка. Он крепко прижимает меня к груди обеими руками, не позволяя пошевелиться.

— Милая, это просто кошмар. Тебе приснился плохой сон, – повторяет он.

Я впиваюсь закоченевшими пальцами в его рубашку.

— Холодно, – дрожащими губами шепчу я. – Фрэнк, мне холодно.

— Быстро принесите плед и горячий чай, – распоряжается Фрэнк, и боковым зрением я вижу промелькнувший силуэт.

В следующую секунду меня укрывают теплым пледом. Подрагивающей рукой я смахиваю с лица прилипшие пряди, и мой взгляд останавливается на кровавом пятне, размазанном на запястье.

Я моментально переворачиваю руку и рассматриваю ладонь. От увиденного сердце застревает в глубине горла. Моя ладонь в крови, костяшки и фаланги пальцев разодраны. На второй руке такая же ужасающая картина.

— Фрэнк, что со мной? – испуганно спрашиваю я. – Почему мои руки в крови?