Книга Разрушенный, страница 132 – Мари Мур

— О чем ты говоришь? – огрызаюсь я, впиваясь в Кэша гневным взглядом. – Что ты вообще можешь знать о любви? Ты не любил меня даже наполовину от той любви, которой любила тебя я. Или я что-то путаю? Разве это ты прыгал за мной в ледяное озеро? Или ты был рядом, когда со мной случился самый настоящий кошмар? Или кто-то другой, а не ты оттолкнул меня тогда, когда я нуждалась в тебе больше всего? – слова вылетают из моего рта быстрее, чем я могу себя контролировать.

Лицо Кэша за долю секунды бледнеет. Он сжимает челюсти и сидит молча, уставившись на меня в упор. И при этом выглядит пораженным. Или отчаявшимся. Или разбитым. В любом случае, мне должно быть плевать, как на него действуют мои слова. Но проблема в том, что я не хочу причинять Кэшу боль.

Никогда не хотела.

— И даже после этого я продолжала любить тебя. Я продолжала верить в тебя. Два года я ждала, когда ты изменишься и наконец начнешь раскаиваться. Но ты… ты… – я указываю на него пальцем. – Ты ходил на вечеринки, трахался со всеми подряд, развлекался, пока мне снились кошмары, в которых я пыталась тебя спасти. Каждую ночь я пыталась тебя спасти, Кэш!

Черт, мне нужно перестать так сильно дрожать. Я хватаю бокал и моментально допиваю остатки вина. Кэш все еще ничего не говорит, и его молчание только сильнее распаляет меня.

— Ненавижу тебя! Ненавижу твою дурацкую ухмылку. Твои дурацкие шутки. Твой дурацкий голос, – мне нужно остановиться, но я как разбушевавшееся торнадо. – Я ненавижу в тебе абсолютно все. Но больше всего ненавижу, что мы потеряли столько времени, а ты вернулся, когда все стало слишком поздно!

— Я виноват, – наконец произносит Кэш, и я чуть не задыхаюсь от собственного возмущения.

Это все, что он может сказать?

— Я охрененно виноват перед тобой, Ким, – повторяет он. – Но я бросил тебя, не потому что разлюбил или потому что хотел причинить боль. Меня заставил это сделать твой отец.

Я отворачиваюсь от него и глубоко вздыхаю. С тех пор, как Кэш впервые появился в моем номере, мы ходим вокруг и около правды. Два года я пыталась найти нити, собираясь сплести их так, чтобы в конце концов узнать причину, по которой Кэш от меня отказался. Но сейчас…

Я не хочу ничего слышать и знать.

— Посмотри на меня, Ким, – я поворачиваюсь и вижу, как Кэш встает на ноги и перевешивается через стол, опираясь на него руками. Его глаза устремлены прямо на меня сверху вниз. – В один из дней, когда я навещал тебя в больнице, твой отец нашел меня и стал угрожать. Он поставил условие: если я не оставлю тебя в покое и не брошу тебя, то он упечет тебя в психушку. Во всех подробностях этот ублюдок рассказал, что тебе назначат такое лечение, после которого ты уже не сможешь вернуться к нормальной жизни. Это была бы уже не ты, а… – Кэш вздрагивает от образа, который нарисовал в собственном воображении. – Это была бы лишь пустая оболочка.

Я задерживаю дыхание, пока мои глаза недоверчиво бегают по его лицу. Каждое его признание врезается в грудь вместе с ударом сердца.

Один.

Кэш навещал меня в больнице.

Два.

Мой отец шантажировал его тем, что я могла оказаться в клинике для душевнобольных.

Три.

Кэш бросил меня. Но сделал это… ради меня.

— Я согласился на его условия, – продолжает он. – У меня не было выбора.