Книга Искалеченные. Книга 1, страница 56 – Мари Мур

От напряжения на шее Рэймонда выступили вены, а его ноздри раздулись. В этот момент мне хотелось подойти к нему и взять его руки в свои. Переплести наши пальцы и посмотреть ему в глаза. Я бы вложила в свой взгляд, как можно больше мягкости и заботы. Мне хотелось убавить его внутреннюю злость, поедающую Рэймонда изнутри.

Но я не успела ничего сделать. Дверь в кабинет раскрылась, и в него зашел мужчина, заполняя собой все пространство. Он остановился рядом с Рэймондом, удостоив его мимолетного взгляда, а потом посмотрел на полицейского. Его лицо показалось мне знакомым. Интересно, где я могла его видеть?

— Что на этот раз? – устало спросил он.

— Проникновение на частную собственность, – ответила сотрудница полиции

— Неужели мой сын никого не избил?

Мой сын.

Так вот, почему его лицо мне показалось знакомым. Я внимательно посмотрела на Стэлфорда-старшего, находя поразительные сходства. Выточенные, словно из камня скулы, немного выпирающий подбородок, но глаза… Они были совершенно другие.

В отличие от Рэймонда в его глазах царил холод.

— На этот раз ничего серьезного, – ответила сотрудница полиции. – Рэймонд, вы можете быть свободны. Мне нужно составить протокол с мисс Коултэр.

— Поехали домой, – сухо произнес отец Рэймонда, развернувшись в сторону выхода.

— Нет, – ответил брюнет. – Я останусь тут. Мне нужно зайти к офицеру Морисону.

— Что ты от него хочешь услышать? – повысив голос, спросил Стэлфорд-старший. – После твоих разговоров с офицером я нахожу тебя в неадекватном состоянии в очередном баре.

Рэймонд не произнес ни слова. Он сжал руки в кулаки, после чего засунул их в карманы косухи. Его карие глаза сузились и будто покрылись еще одним слоем злости.

Я никогда не видела Рэймонда в таком отстраненном состоянии.

— Мне кажется, вы давите на своего сына, – спокойно произнесла я. – Рэймонд переживает сейчас тяжелый период.

— У него уже три года длится тяжелый период, – отец Рэймонда посмотрел на меня и оценивающе меня оглядел. – Я где-то вас видел. Если не ошибаюсь, вы тоже ходите к мистеру Гранту? Не лесбиянка, не феминистка и… – он замолчал, видимо, вспоминая наш разговор в холле клиники.

— Не фригидная, – напомнила я, краем глаза заметив, как брови Рэймонда поползи вверх. – Я – Линдси.

— Роберт Стэлфорд, – он быстро проговорил свое имя. – Я солгу, если скажу, что рад нашему знакомству.

— Отец, – сквозь зубы процедил Рэймонд. – Замолчи и уходи.

Конечно, по манерам и поведению Роберта было несложно догадаться, что он привык к беспрекословному подчинению. Но единственным человеком, откровенно наплевавшим на его требования, оставался его собственный сын.

— Что ты сказал? – убийственно спокойно спросил Роберт, обернувшись к Рэймонду. – Значит, как ввязываться в драки, а потом внести залог, я должен нестись со всех ног. Как искать хороших специалистов, пытающихся достучаться до тебя, я должен оплатить курс. И теперь ты затыкаешь мне рот и прогоняешь меня? – на последних словах Роберт сорвался на грозный крик.

— Я не просил вносить за меня залог. Я не просил оплачивать психологов и их курсы, – невозмутимо проговорил Рэймонд, и на его лице не дрогнул ни один мускул. – И я больше никогда и ни о чем тебя не попрошу.

— Какая пафосная никчемная речь, – язвительно сказал Стэлфорд-старший. – Посмотрим, на сколько тебя хватит.