Книга Под тенью твоих чувств, страница 101 – Нетта Хайд

Удовольствие…

Как же мне было тяжело…

Тяжело? Серьезно? О чем я вообще?! Мне было хорошо!

Настолько, что я чувствовала себя так, словно мне снова дали возможность прожить короткий фрагмент из прошлого, когда все было иначе. Когда мы были молоды и влюблены. Когда он был нежен со мной. Когда я была… другой.

Но когда я получила то, в чем так остро нуждалось мое тело (и я сама, безусловно),с моего сознания спала гнетущая дымка, мешавшая воспринимать его идиотские фразы, вопросы и понимать смысл его действий.

И вот тогда, когда я одновременно была опустошена и доведена до предела, я решила ответить ему – поразить его нервные окончания и попытаться стереть с лица самодовольную улыбку кретина, которая ему шла и не шла одновременно.

Удалось ли мне стереть ее? Черта с два! Она, кажется, навсегда пришита к его губам…

Ах да, чуть не забылао том, с чего все началось…

Поездка. На. Байке. Адреналин. Всплеск эмоций.

Дикий страх. Боль воспоминаний. Душевная смерть.

Как я умудрилась не рухнуть в обморок и не залить землю слезами – не знаю. Возможно, у меня не такой сильный страх мотоциклов, доходящий до паники, как я считала ранее…

Ложь.

Тошнота и приступы жжения в груди накатывали волнами. Тремор и учащенное сердцебиение усиливались с каждым набором скорости и резким поворотом, и не раз мелькала безумная мысль: «А не выпрыгнуть ли мне из собственного тела?» К счастью, я удержалась.

Всю дорогу я вцеплялась в его футболку, оставляя на ткани следы пота, закрывала глаза и тихо повторяла себе:«С тобой все будет хорошо, Скарлетт Скай, если ты не дашь ему увидеть страх в своих глазах».Эти хлипкие мантры все же работали: дыхание стабилизировалось, паника отступала до управляемого уровня. Или все дело в том, что Тео держал меня за руку?

В ту секунду, когда его ладонь лежала поверх моей, сжимала ее, не отпуская до самой остановки, во мне расцветала увядшая уверенность, что все будет… нормально.

Не знаю, как я выдержала все это, но, похоже, все прошло удачно. Знаю лишь одно – Тео просто так не оставит эту историю с моей симулированной «симуляций», и обязательно решит сделать что-то такое, что снова заставит меня до трясучки в мышцах желать его прикосновений.

Он обязательно ответит мне за мои умения красноречиво и безжалостно выстраивать логичные, болезненные цепочки аргументов, которые тревожат его мужское самолюбие.

Что ж, готова ли я к очередному заходу? Думаю, да.

Поднявшись на второй этаж, я задерживаюсь в дверях у своего кабинета, предполагая, что за время, пока я добиралась до работы, Тео мог придумать очередную порцию своих действенных «вкусняшек».

Осторожно толкаю дверь и резко отхожу в сторону. Жду, когда что-то произойдет. Но ничего – ни посторонних звуков, никаких криков, никаких нападок, ничего прочего.

Схватившись за дверной проем, заглядываю в кабинет, осматриваю его и, не увидев ничего необычного, вхожу внутрь. Но когда подхожу к столу, обнаруживаю нечто, что вызывает не столько удивление, сколько потрясение.

На полу, у кожаного кресла, стоит большая коробка – матово‑черная, перевязанная насыщенной алой лентой. Предположить, что находится внутри, не так просто: по размеру – микроволновка, по ощущениям – отрубленная акулья голова.

В горле собирается вязкая слюна, слизистая пересыхает от привкуса беспокойства: это не подарок для меня, это не платье или еще что-то приятное. Очевидно, что это не так.