Книга Под предлогом ненависти, страница 73 – Нетта Хайд

— Скай, ротик прикрой, из него льется слишком много ненужного.

— Ах да, точно, как я могла забыть, – игнорирую его просьбу о закрытии своего рта, так как это невозможно сделать, когда найдено его уязвимое место. – Обнимать, целовать, трахать и любить – это разное, да? Так ты себя утешаешь?

Его хватка на моей руке ослабевает, и я разворачиваюсь к нему, прислоняясь задницей к стене. Вскидываю голову, смотря в его нахмуренные глаза, и приправляю свою уверенность следующим:

— К сожалению, Фелицию может задеть тот факт, что ты сейчас здесь, а не навязываешь ей свое внимание, как это делала я с тобой все это время. Ты ведь не хочешь, чтобы она расстроилась? – вздыхаю я, качая головой.

— И давно ты стала такой болтливой? – хмыкнув и облизнув нижнюю губу, интересуется он. – За выходные успела наесться волшебных фруктов, которые придали тебе уверенности?

— А тебе что, что-то не нравится? – спрашиваю я с напускным беспокойством, оставляя рот слегка приоткрытым и замечая, как его взгляд смещается на мои губы. – Стой! Не отвечай, – сменяю маску беспокойства на пофигизм. – Мне плевать. Милую Скарлетт Скай, которая хотела с тобой дружить, ты, идиот, больше никогда не увидишь. Ты опоздал. Теперь наслаждайся тем, что есть. А еще лучше – отвали-и-и.

— Так плевать, что тебя заботит размер моего члена, заработок и венерические заболевания? – спрашивает он, поджав губы в ухмылке. – Мне приятно, Скай.

— А мне – нет. Оставь меня в покое, Каттанео. Я по-хорошему прошу. В последний раз.

— Теперь это будет сделать о-о-очень непросто, – произносит он на выдохе. – Слишком затронули твои слова мое самолюбие. Придется извиниться.

Извиниться? Да без проблем вообще!

— Искренне приношу свои извинения за то, что не сказала тебе всего этого в первую встречу из-за своей же глупости и желания быть милой, приветливой дурочкой.

— Значит так, да? – спрашивает он, сдерживая улыбку и рассматривая мое лицо с не очень характерным ему интересом. – Хорошо, мышь. Настоятельно рекомендую тебе с сегодняшнего дня быть особенно внимательной и оборачиваться даже когда находишься в душе. Кто знает, когда восторжествует справедливость. Или кто-торешит устроить суд над тобой.

— Не хочешь свалить? – интересуюсь, в очередной раз закатывая глаза.

— Очень хочу. Но сначала кое-что сделаю.

Он переводит взгляд с моих глаз на мои губы и наклоняется ко мне. Я намереваюсь сделать шаг назад, но отступать некуда, я и так до предела прижата к стене, поэтому я просто отворачиваю голову в другую сторону.

Его наглая рука скользит вниз по моему телу – сначала исследует талию, а потом плавно двигается по моему бедру. Я поднимаю ладони и уже собираюсь его толкнуть, но он отстраняется первым.

Тео довольно улыбается и, держа руки за спиной, отходит к двери.

Я хмурюсь, чувствуя, что явно упустила из внимания какую-то важную деталь, а он подтверждает это, когда показывает то, что находится в его руках, и говорит:

— Посмотрим, каково тебе будет без этих вещей, адреналина и… ключа.

Я перевожу взгляд на стул, на который ранее бросила экипировку и ключи от байка, и вижу, что там нет ничего. Этот придурок забрал мои вещи.

Я направляюсь к нему как раз в тот момент, когда он выходит из раздевалки и закрывает дверь. Усиленно дергаю ручку, но дверь не поддается открытию, а это значит, что он запер ее на наружный замок.